Dinot_Х_Фанфикшнарт_Dinot_Х_Fanfictionart

Но как не странно следующий день оказался вполне обычным и веселым. Учителя не рассказали ученикам о произошедшем, и только студенты высшей касты вели себя странно и подозрительно.  В атмосфере чувствовалось обострение страха, который уже давно поселился здесь. Хотя дети все так же играли в саду, взрослые, понимающие, что происходит на самом деле, зорко смотрели по сторонам. Не все знали о визите вдовы ученого, но все студенты чувствовали себя, мягко говоря, не в своей тарелке.

Обстановка накалялась день ото дня, многие студенты не выдержав нервного напряжения уехали к родителям, а те кто остались, готовились к худшему. Дисциплина ужесточилась, и тренировки стали жестче. Но после этого прошло уже две недели, и ничего, как по закону бутерброда, не происходило. Учителя немного расслабились, но все же были начеку.

Я, возвращаясь в институт с работы, очень часто встречала Логана около могилы Джины. Он подолгу сидел там, грустно уставившись на надгробие. Этот день был не исключением, девчонки, как всегда, уже по сложившейся традиции, встречали меня у ворот. И мы небольшой веселой кампанией пошли по направлению к главному корпусу, там, где я жила. Нам предстояло преодолеть около 200 метров по дороге мощеной плиткой под старину, а потом пройти через не большой сквер с фонтаном.

Мы шли медленно, разговаривали о разном, о жизни, об ужесточении правил, и конечно о том, что на ком было одето (это была самая горячая тема среди местных девчонок, впрочем, в России эта тема тоже была довольно обыденной), и как всегда девчонки просили меня, как дизайнера, придумать им какой-нибудь сказочный наряд на дискотеку, или просто создать пару красивых кофточек, так как денег на магазины никогда не хватает. Мы проходили под раскидистыми вековыми дубами, через листву которых редко пробивалось солнце, а их тени закрывали добрую половину корпусов. Газон был ровно подстрижен, и все было чинно, как будто я нахожусь не в Америке, а в угодьях старинного британского особняка. В полумраке сквера как всегда играли дети, где-то слышалась легкая веселая музыка. Но недалеко от фонтана, напоминал о трагическом прошлом Вечный Огонь, а в его тени были спрятаны еще две могилы. Пройдя еще пару десятков метров, мы увидели вечный огонь, а за огнем Логана, он стоял пред одной из могил на одном колене, и шептал что-то. Было такое ощущение, что он общается с надгробием, со стороны кому-то показалось бы смешно, но мне стало грустно, и я подумала, неужели Логан настолько одинок, что ему больше некому доверить свои чувства? Со мной когда-то тоже было такое, хотя наверно гибель моей собаки не сравнить с утратой человека, но она, была для меня гораздо большем, чем обычная собака. Она была наверно моим единственным другом, с которым я могла поделиться всем, и который меня понимал, потому что мои родители не очень понимали мой скрытный волчий характер, да и во обществе я часто терялась. Приятели тоже не понимали моих странностей, а собака все понимала, хотя не могла мне об этом сказать. И после ее гибели мой мир рухнул. И мое безмятежное детство закончилось. Но причем тут моя Собака? Речь же идет совершенно о другом существе, о Логане. Неужели такой человек как он может сожалеть, сочувствовать или даже любить и ценить?

Проходя у Вечного Огня, девочки тоже заметили учителя и остановились как вкопанные, наш разговор оборвался на полуслове. Я не поняла, что с ними произошло, и где они увидели то, что повергло и в такой шок. На их лицах застыло выражение крайнего недоумения и удивления, в это время я оглядывалась, вокруг пытаясь понять, от чего их рты не закрывались уже больше минуты. Потом Белка вроде начала приходить в себя, потянула меня и Резинку за рукава.

- Девочки, девочки вы видите то же, что вижу я?

- Ну, наверно да, если мне не лгут глаза, или это не галлюцинации.

- Девчонки в чем дело? Что произошло? – вмешалась я – Что-то не так?

- Вон смотри – кивнула головой в сторону Логана Белка – смотри, смотри.

- Ну и что? – безразлично спросила я.

- Он еще и издевается над общим горем! – тихо прошипела Резинка.

- А что произошло? Что он вам такого сделал?

- Ну, лично нам ничего, но из-за него одни беды. К тому же, кому хочется, чтобы в соседнем с твоим, корпусе жил убийца!?

- Убийца?

- Ты его не знаешь, это он здесь прикидывается белым и пушистым, но на самом деле он настоящий зверь!

- С чего вы взяли?

- А ты что не знаешь, на чью он могилу ходит?

- Знаю, но причем тут это?

- А притом, что это он виноват в ее смерти, и убил он ее собственными руками, это из-за его ошибки погиб Профессор.

- Да что вы девочки – я оглянулась на Логана – я чувствую, что он до сих пор любит ее.

- Если бы любил, то не убил бы. С этими словами они развернулись и пошли к себе в корпус, а я осталась. Немного постояв на дороге, я стала медленно приближаться к Вечному огню. Я тихо подошла к Логану, и была уверена, что он слышал как я «подкралась» сзади. Но он не оглянулся, и даже не шелохнулся.

С этими словами они развернулись и пошли к себе в корпус. А я, немного грустно постояв, медленно пошла в сторону Логана. Мне казалось, что он давно должен был заметить мое появление. Я медленно подошла сзади, а он не оглянулся, как я предполагала, и даже не шелохнулся. Мне показалось это странным, ведь человек с таким слухом, должен был услышать, как я  приближалась. Я присмотрелась и почуяла соленый запах слез. Логан напомнил мне кого-то очень близкого, того, кто тоже прятал от всех свои мужские слезы.

- Л-Логан?

- Уходи.

- Прости, - прошептала я – она наверно была хорошая девушка…и учитель, наверное, тоже…- я развернулась и медленно пошла  прочь.

- Постой – послышался все тот же грубый голос.

- Ты велел мне уходить, препираться не в моих принципах – сказала я, не оборачиваясь – ты ведь любил ее?

- Да, как только можно любить женщину. Но моя любовь, погубила ее.

- Я тебя не виню.

- Я слышал. Но то, что говорили тебе обо мне студенты, правда.

- Пускай.

- Пускай? Ну, как же «пускай» - развернулся он ко мне – разве тебе не страшно сейчас находиться рядом со зверем, с убийцей?

- Нет. Потому что я знаю, что ты не убийца, и тем более не зверь (знали бы они какой на самом деле настоящий зверь). Ты поступил правильно.

- Только почему-то никто так не считает.

- Будь я на твоем месте, - я села рядом с ним на корточки – я бы сделала то же самое, если бы у меня хватило сил.

- Но ты не на моем месте.

- Возможно, но я хотя бы пытаюсь представить, что этот так - я встала, и немного отойдя, стала листать свой блокнот, потом вырвала из него одну страничку, на которой был нарисован портрет Логана, и протянула ему – ты не одинок…теперь.

Я вышла из сквера, пришла к себе в номер и как всегда принялась делать компьютерную работу. Вторая половина дня прошла хорошо. А вечером я выбралась на воздух полюбоваться закатом и порисовать. Я сидела под любимым дубом под моим окном, как увидела, что по протоптанной дорожке возле дуба идет Логан, а вместе с ним шел студент «высшей касты Бобби Дрейк, но его здесь звали Айсберг. Они шли и разговаривали, точнее, разговаривал Бобби, а Логан молчал, слушал и когда надо поддакивал. Они остановились метрах в пятнадцати от дуба, в парке было пустынно, так что я довольно хорошо слышала их разговор.

- Закурить есть?

- Я не курю.

- А да, прости, я забыл. Как там у вас дела с Роук?

- Неважно, никаких отношений одни ссоры. А у тебя подружка-то есть? – Логан свирепо посмотрел на него и пошел вперед. – Нет, ну неужели тебе совсем никто не нравиться? – тут он обратил на меня внимание, и остановил Логана своей настойчивостью – Как на счет твоей соседки? – Логан снова зло посмотрел на него и огляделся по сторонам, а потом посмотрел на меня оценивающим взглядом.

- Ну так то она очень даже ничего – милое личико,  красивая грудь, стройная талия, упругая попка, привлекательные довольно длинные ноги…Но тебе не кажется что она мне слегка не подходит?

- Мне так кажется наоборот. Некоторые парни тут от нее без ума, а она ни на кого внимания не обращает. А тебе пора уже искать себе новую девушку, ведь Джина уже не воскреснет, не можешь же ты вечно скорбить.

- Слушай, Дрейк, раз ты намеков не понимаешь, то придется на чистоту, вали-ка ты отсюда, а не то увидишь, как лед разрезают на кубики!

- Ладно, ладно, ты только не кипятись.

Логан пошел в корпус, но когда он проходил возле меня сидящей под деревом, услышал:

- Спасибо за «упругую попку». Комплемента милее от мужчины я еще не слышала.

- Ты слышала наш разговор?

- Я не подслушивала, и не читала по губам или не лезла в ваши мозги. Просто я не даром провела семь лет в детском хоре – улыбнулась я.

 Логан покачал головой с досады и, бормоча что-то под нос, пошел в корпус. Немного погодя я тоже отправилась туда.

Поздно вечером я уже засыпала. Закрывшись одеялом с ног до головы и высунув только нос, как я обычно делала. Мне представился мой любимый человек, его лицо казалось мне таким солнечным веселым и сияющим, так было, когда мы встречались, воспоминания о нем, и о годах прожитых вместе, грели мое сердце. А может, нет никаких воспоминаний и это просто сон? Нет не сон. Я знаю, что он есть, и что ему плохо без меня, так же как мне плохо без него. Мой безмятежный сон прервали стоны. Они доносились из комнаты Логана. Он наверняка видел очередной кошмар, я сначала решила ничего не делать и постараться снова уснуть, но когда я закрыла глаза, мне привиделись страшные вещи, война, страх, боль, смерть и разрушение, сотни мертвых и раненых, и глаза человека, который потерял на войне всех друзей и сына. Видения заставили меня проснуться в холодном поту. Неужели сосед хоть один день не может поспать без мучений и ночных кошмаров? Мне захотелось ему помочь, ведь больше было, по сути, некому. Почему-то остальные не слышали его или не хотели услышать. Но, меня это не касалось. Не знаю, чем было вызвано такое желание, то ли потому, что Логан чисто внешне напоминал мне любимого, а то ли потому, что мне надоели его сонные бредни. Я медленно и бесшумно встала с кровати и прошла сквозь стену, разделявшую наши комнаты. Светила полная луна, и крупные звезды, словно капли молока, сияли на небосводе. Было красиво и очень тихо, даже сверчки не стрекотали в эту ночь. Я видела все как днем. В комнате Логана царил бедлам, впрочем, я привыкла к этому и не особо обращала на это внимание. Только вот кроссовок на телевизионной антенне напомнил мне про свой носок на мониторе компьютера. В комнате пахло табаком, пивом и потом (ну еще не стираными неделями носками). Окно было открыто и прозрачные занавески развивались на ветру. Я медленно подошла к кровати, на которой стал Логан, и сделалась проницаемой, для того чтобы не спотыкаться о бутылки и сапоги, небрежно раскиданные по полу, и не подымать шум. В окне отражались звезды, а на стене две ярки светло-голубые полоски спадали на кровать и на пол. В тишине летней ночи, я слышала его прерывистое колыхающееся дыхание, его частый переменчивый сук сердца, более того я слышала голоса в его голове, и мне было не по себе. Я чувствовала, как он страдает, и мне было очень странно, разве никто не слышит то же самое? Я тихо села рядом с ним на кровать. Но сейчас предо мной лежал, будто не он, а другой, тот, который вызывал трепет в моем сердце. Он так похож на него, и все же не одно и то же. С расстояния полуметра, я могла не только услышать, но и увидеть его мысли, услышать, как медленно по его лбу стекает капля холодного пота. И мне казалось, что я знаю его как облупленного, и все его страхи сомнения, были у меня будто на ладони. Я засветилась золотисто-оранжевым, и моя рука потянулась к его лбу.

 Я чуть-чуть поправила его угольно черные волосы, как Логан молниеносно поднялся, с неистовым рыком, и его когти в мгновение ока очутились у меня промеж ребер. Я ничего не почувствовала, и мое улыбающееся нежное выражение лица ничуть не изменилось. Логан обомлел, я чувствовала, как его руки затряслись.

- С-София? – сказал он испуганно

- Не бойся, Логан, мне не больно.

- Но…

- Ты не причинил мне вреда, ты просто не можешь этого сделать, - я повела рукой, и стена между комнатами стала прозрачной. На кровати, укрывшись одеялом, спала я, – видишь ли, я сплю и тело мое там, а то, что ты видишь, иллюзорная, но вполне реальная копия моего сознания, и ты не можешь меня убить, потому что меня здесь на самом деле нет. Это всего лишь копия моих мыслей, а я сама уже давно сплю.

- Зачем ты меня так пугаешь – он закрыл лицо руками.

- Я хочу помочь тебе, ложись и спи – Логан недоверчиво посмотрел на меня.

Я погладила его по заросшей щеке, мои руки засветились золотисто-оранжевым.

- Доверься мне. Я хочу добра – я легонько толкнула его назад, но он легко подчинился и лег – закрывай глаза, и постарайся уснуть.

Я накрыла его одеялом словно маленького ребенка, и запела «колыбельную» - это была странная, но очень красивая мелодия, которую я когда-то слышала в одном из видений, и столь же странные ни непонятные, но красивые и какие-то магические слова. На самом деле это была красивая песня о любви. Логан уснул как младенец. Я исчезла и тоже уснула.

Логан проснулся утром от отчаянного стука в дверь. В дверь ломился кто-то с бешеным энтузиазмом. Зевая, он почесал подбородок, прощупал часы, которые стояли рядом на тумбочке. Кое-как он продрал глаза, для того чтобы взглянуть на время. Когда он увидел что уже 10.36, он ужаснулся и вскочил, открыл дверь. На пороге стояла Ороро и продолжала машинально стучать, правда теперь в его грудь, когда она опомнилась и увидела его сонного, то они как-то хором спросили друг у друга

- Ты (я)  что проспал?

- Я волновалась, просто ты всегда просыпаешься одним из первых и…

- Да ладно, я и сам не знал что просплю.

- Ты выглядишь не так как обычно.

- А как это?

- Отдохнувшим.

- Да сегодня мне в первый раз за все годы удалось отоспаться.

- Поздравляю, но напоминаю, что кроме постели у тебя есть еще ученики, так что не опаздывай больше на работу.

Логан закрыл дверь. Вскоре он вышел переодетым и причесанным, на нем была новая рубашка и выглаженные джинсы. Он пошел вниз, но около моей двери остановился и улыбнулся.

Настроение: Вот что-то в этом духе...

Прошла всего лишь неделя. Я сидела недалеко от каменной стены, которая была границей между институтом и неширокой рощей вокруг него. Я сидела как раз под табличкой, и рисовала своего любимого пса, который разлегся  близко от дороги, и от больших железных ворот. Он лениво вилял хвостом, пытавшись отогнать от себя назойливых летних мух. Мне у дерева было видно всю дорогу, которая вела к институту, от главного шоссе. Но что происходило на шоссе меня не столько волновало, я просто рисовала и получала от этого кайф, хотя боковым зрением я видела, как мимо узкого проема леса проносились разноцветные машины, грузовики и мотоциклы. На небе сновали мелкие облачка, солнце светило ярко, и роща наполнялась желтыми кляксами и мелкими темными пятнами.

Внезапно у дороги остановилась машина, то было обыкновенное такси коих в Нью-Йорке тысячи. Через минуту из него вышла женщина, и медленно пошла по дороге к воротам. Я не сразу заметила ее, так как ее темно-зеленый костюм сливался с листвой. Она медленно приближалась к воротам. Ксар поднял голову и гавкнул. Его басистый лай остановил женщину. А я посмотрела на нее, как будто уже где-то видела, только не могу вспомнить где, хотя мне так же казалось, что я вижу ее в первый раз. Может, где-то и видела, только не здесь, опасения Ксара передались и мне.

- Вы не могли бы убрать собаку? – вежливо попросила она. В ее голосе было сильное волнение, и даже страх, она неуклюжа мяла в руках маленькую темно-сиреневую кожаную сумочку, и постоянно осматривалась, как будто за ней кто-то следит.

- Не беспокойтесь, сказала я, он не кусается, по крайней мере, без команды – недоверчиво произнесла я – а что собственно вы здесь хотите?

- Это ведь Институт имени Профессора Завье? Верно?

- Да, а что? Вы что-то хотели?

- Мне нужен Логан, мне сказали, что я могу найти его здесь.

- А зачем он вам? Мне нужно предупредить его лично и поговорить с директорами.

- Вас проводить?

- Да, если можно – сказала она, еще раз осмотревшись.

Я поднялась с места, встала перед воротами, и подождала, пока они откроются, женщина все время смотрела на дорогу. Я показала рукой, что можно идти за мной, и мы медленно пошли вперед. Мы шли молча, а Ксар трусил за нами, женщина продолжала осматриваться. Я более детально оглядела сопровождаемую, кроме зеленого костюма на ней были  большие черные очки, салатовый платок, покрывавший голову, сиреневые туфли на высоком каблуке, из-под платка  торчали светлые волосы.

Через минут пятнадцать я, и незнакомка стояли по среди кабинета директора, в кругу учителей, всех трех. За столом сидел Хэнк Маккой более известный по кличке Зверь, на кожаном диване сидела Ороро Монро – Шторм, а за диваном облокотившись на спинку, стоял Логан и покуривал сигару.

- Вот – сказала я – вот те, кто вам нужен. Я могу идти? – Ороро и Хэнк переглянулись.

- Нет, София, останься – сказала Шторм – Так что привело вас в Институт? –сказала она обращаясь уже к незнакомке.

- Я пришла предупредить вас – сказала женщина дрожащим голосом.

- Так дамочка, если вас подослали ненавистники мутантов, передать очередные угрозы, - прорычал Логан, - то можете сразу выметаться.

- Логан! – цыкнула на него Ороро.

- Так это вы Логан? – спросила женщина и села на противоположный диван рядом со мной – я пришла, чтобы выполнить последнюю волю моего мужа Дмитрия Стоковича, и предупредить вас.

- Говорите, пожалуйста, мы вас внимательно выслушаем – сказал Хэнк, и зло посмотрел на Логана, тот в свою очередь отвернулся к окну.

- Меня зовут Джулия Стокович. Я была студенткой Биологического университета, когда встретила своего будущего мужа. Уже тогда он был успешным ученым Биогенетиком и работал на правительство. Его задачами было выведении всяких вирусов и мутагенов, я мало что знала о его работе. Но как-то, когда я уже была за ним замужем, он помолвился, что еще он занимается мутациями. Я не поверила ему. Но несколько лет назад ему предложили выгодный контракт, который позволил ему купить лабораторию и заняться собственными опытами.

- Давайте ближе к делу – проворчал Логан.

- Дмитрий Стокович? Я где-то слышал эту фамилию, дайте вспомнить, это не тот человек который, доказал мутагенное влияние канцерогенов на человеческий организм.

- Да, да – сказала женщина чуть не плача. – Но работодатели требовали, чтобы муж уезжал в долгосрочные командировки, на секретную базу. Он говорил, что работать там очень опасно, но не решался расторгнуть контракт. Однажды он сказал мне, что работает над сверхсекретным проектом по созданию альтернативного супер оружия. Когда Дмитрий уезжал в последнюю командировку, он пообещал, что будет передавать мне записки через доверенных лиц. Вчера мне передали вот это – сказала она и показала маленький, исписанный желтый мятый листочек, на котором были отчетливо видны пятна красной крови. В воздухе запахло тревогой, учителя переглянулись.

- Альтернативное супер оружие? – переспросил Логан – где-то я такое уже слышал…

- Здесь написано, что эта записка последняя, и что после всего, что они сделали, их не могут оставить в живых. Здесь так же написано, что оружие, которое они создали, в десятки раз превосходят все предыдущие аналоги, и что основой для него послужили сверхсильные мутанты. Здесь он просит меня, чтобы я предупредила вас, что это оружие создано только с одной единственной целью – уничтожить предыдущий проект, под названием «Оружие Икс», или Росомаха. Я узнала через некоторых людей, что Росомаха у вас и его зовут Логан.

Логан накинул куртку и направился из комнаты. Ороро его остановила:

- Куда ты, Логан?

- Поеду, куда глаза глядят.

- Нет, ты останешься здесь.

- Нет Ороро, не останусь, я не хочу снова подвергать вас опасности, такое уже было! Я лучше уйду, здесь я как на ладони!

- Нет, ты никуда не поедешь, мы усвоили тот урок, и будем готовы их встретить!

- Она права Логан, вместе мы сильнее, чем ты один.

- Он прав – перебила женщина их рыдая, - вы даже представить себе не можете с чем вы имеете дело, это не люди, они звери, изверги, они не остановятся не пред чем, жизнь для них ничего не значит, это даже не мутанты. Вы даже представить не можете, с чем имеете дело.

- И с чем же? – серьезно спросил Хэнк.

- Муж описывал их мне в одной записке, но я не могу описать, я видела одного из них. Они – что-то средне между человеком и зверем с острыми зубами, и горящими глазами, которые только и ищут, кого бы сожрать на завтрак – она ткнулась в свой платок и разрыдалась. Я тем временем листала альбом, найдя подходящий рисунок, я ткнула ее в плече, и показала пальцем и тихо спросила: «Такие как этот?» Она молча кивнула. Учителя смотрели на меня. Я развернула блокнот к ним. На рисунке была изображена голова саблезубого тигра. В воздухе повис еле уловимый запах крови. Мне стало не по себе. Я поднялась с дивана и выбежала из комнаты. Когда я бежала по коридору я превратилась в волчицу. Мне хотелось бежать, бежать все дальше и дальше, как можно дальше, на край света, схорониться под каким-нибудь пнем, и тихо скулить в темноте. Мне стало страшно, и появилось такое чувство, будто не эта женщина, а я хоронила кого-то очень близкого мне человека. Я прибежала к своему номеру, пролезла в дверь для животных, и спряталась за кровать. По моей звериной морде катились вполне человеческие слезы. Неужели видения меня не обманывают? Неужели мечта, в которой я живу, скоро превратится в самый страшный кошмар? Что мне делать? К кому бежать? Неужели только я одна в целом мире знаю, что происходит на самом деле? Боже…За что?

В этот день я не выходила из комнаты и не открывала никому дверь, как девчонки не стучали. Только под вечер я услышала знакомые шаги и почуяла знакомый запах давно не стираных носков и майки, грязных сальных волос, и сигарного дыма. Логан все же решил остаться. Только тогда я решила выйти из-под кровати. Я пошла на болкон, чтобы немного развеется. Взошла почти полная луна и осветила своим бледным серебристым светом черные деревья  крыши корпусов. Мне было печально, я лапами держалась за перила, и моя голова лежала между ними. Я то и дело водила ушами, а ночной пейзаж сегодня казался мне печальным и унылым.

На соседний балкон вышел Логан. Он хмуро зажег сигару, и грустно посмотрел в мою сторону. Возможно, он чувствовал нечто подобное. Он раскурил сигару и удалился, пожелав мне спокойной ночи. Ночь выдалась действительно очень спокойной, ни птички, ни ветерка, все хранило зловещее молчание. Я лежала на своей кровати, освященная голубым сиянием, и думала о смерти. Что такое смерть? Несет ли она гармонию или разрушение? Зачем она нужна? И как умирают люди? И почему я не погибла в тот раз, когда в лесу охотник принял меня за настоящего волка и разрядил в меня двустволку? Удача? Нет. Стреляли в упор, и пули прошли на вылет, а я даже не почувствовала страшной боли, просто шлепок, удар и укол, прямо в сердце. Но я не упала, а продолжала бежать, и потом не обнаружила на себе ничего кроме кровавого пятна. Тогда я не поняла, что случилось, а сейчас лежала на кровати и рассуждала о смерти. И что я вообще могу об этом знать? Я – малолетняя девчонка. Хотя я и в 1919 и в 1924 и в 1935 и в 1940 выглядела практически одинаково. А мои ногти года два назад разрезали стальной нож, и продырявили плиту, все ссадины и раны стали заживать мгновенно. Откуда все это взялось? И сколько мне лет на самом деле? На эти вопросы даже я сама точно не знала ответы.

Настроение: Вот с чего все начиналось...

После тех событий прошел месяц. Девчонки благополучно забыли о происшедшем, но я нет. К кошмарам Логана добавились и мои собственные. Неужели то что я видела действительно сбудется? Неужели мои мечты и кошмары воплотятся в реальность? Неужели это происходит именно со мной? Неужели мои видения и сны – это и есть мое будущее. Боже…почему я родилась не обычным человеком? А может все не так страшно? И я все же ошибаюсь? Не знаю. Поживу увижу.

После того гадания девочки не перестали ко мне приходить, даже наоборот, стали приходить еще чаще не смотря на то что в день после гадания им хорошо досталось от учителей. К тому же они стали приходить ко мне не одни. К нам присоединились девчонки из «высшей касты» - так мы называли привилегированных студентов – любимчиков учителей. Одну из них звали Роук, а другую Кити. Хотя гаданиями с шаром мы больше не занимались, зато я часто гадала им на картах, на неделю вперед, или на костяшках домино. Они всегда с интересом смотрели на это действо. Я хоть и не очень любила гадать, но потакала мнению большинства, а по выходным, мы развлекались тем что вызывали духов. Это было довольно забавно иногда. Однажды мы вызвали дух Достоевского. Долго не забуду его забористый старинный русский мат.

Месяц прошел спокойно. Но через месяц пришла пора «когтистых одиночек» - это период времени, когда Логан вызывал каждого студента на одиночную тренировку рукопашного боя. Я не любила эту дисциплину, потому что удары моих когтистых пальцев, могли поранить студента противника, а так как его боль предалась бы мне,…в общем, нечего путного из этого не получалось. Хотя физическая боль мне не передавалась, я всегда чувствовала что делала человеку больно, и от этого мне становилось не по себе.

Наступила моя очередь идти на одиночный бой с Логаном. Был прекрасный летний солнечный денек, и драться мне вовсе не хотелось, а хотелось сидеть где-нибудь под деревом и рисовать цветочки и листики. У меня было хорошее настроение, и я вспомнила о тренировке только когда приехала с работы в Институт. Пели птички в листве сквера, и солнце светило весело и ярко. У ворот меня встретили девчонки.

- Привет! Как на работе? Что нового? – спросила Белка

- Да ничего, сегодня какой то клиент, с толстым кошельком, попросил обделать его лачугу под средневековый замок, и я весь день рисовала чертежи проекта. А так ничего нового.

- Понятно. У тебя же сегодня тренировка с Логаном?

- Ну, да.

- Опять этот хмырь будет размахивать перед кем-то своими культяпками. – прошипела Резинка.

- Пускай.

- Пускай?! – девчонки переглянулись – Да ты его не знаешь! Он же садист! Он четверым парням руки вывихнул, а двоим, ребра переломал!

- Да ладно вам, пусть только попробует мне ребра переломать. Посмотрим, как у него это получиться.

- Ты что, правда, не боишься эту зверюгу? Он меня в узел завязал я потом пол часа распутывалась – злобно сказала Резинка.

- Нет, не боюсь, я еще не знаю, кто из нас более зверский – сказала я превратилась в волчицу, и потрусила с рюкзачком в зубах, помахав девчонкам на прощание хвостом.

- Желаем удачи! – прокричали  они мне в след. А потом Белка сказала Резинке:

- Как ты думаешь, она его сделает?

- Не сомневаюсь – ответила та.

Я прибежала в свой номер. Положила свой рюкзачок на кровать и снова превратилась в девушку. Я покопалась в журнале моды, потом стала думать о удобной и красивой одежде из кожи, мне не хотелось надевать на тренировку эту традиционную кожаную форму, которую одевали все студенты на тренировку кроме нас – «отверженных». Я быстро нарисовала в уме картинку и щелкнула пальцами. Вдруг монитор моего компьютера включился, и я увидела лицо Логана, он злобно смотрел на меня, как впрочем, на всех перед тренировками, и говорил: «Волчица ты готова? Короче спускайся вниз на минус первый этаж, я жду тебя в тренировочном зале», после этих слов он отключился. Я щелкнула пальцами и появилась на минус первом этаже перед тяжелыми дверьми тренировочного зала. Я приложила ладонь к замку, и они с железным скрежетом открылись. В зале было довольно темно, но я видела все как при свете дня. Логан стоял с другой стороны зала, облокотившись о стену, и курил сигару. Он оглядел меня с ног до головы, и спросил «Почему ты не в форме». А я ответила: «А зачем мне ее надевать, коли кроме вас меня сейчас все равно никто не видит». Я предстала пред учителем в обтягивающих черных кожаных клешах, и черном кожаном топе с лямками их буквы «Х». Логан еще раз злобно осмотрел меня, и прорычал: «И все же ты обязана носить форму». На что я улыбнулась и сказала: «Вам я ничем не обязана, вы так и будете здесь мне нотации читать или займемся, наконец, делом». «Ладно» - злобно усмехнулся Логан. Из его рук показались длинные лезвия адамантумавых когтей. Он с ревом понесся на меня, я не тронулась с места, когда он приблизился, он стал «махать культяпками», которые были в несколько сотен раз острее самой острой бритвы. Я легко уворачивалась от его ударов, но не атаковала, через несколько минут, ему надоело соревноваться со мной в ловкости, и он отошел в сторону и прокричал: «Хватит филонить! Так ты ничему не научишься! Атакуй! Дерись как воин! А не как насекомое!» «Как насекомое? Я просто не хочу причинить вам боль, вот и все!» «Ха! Ты мне?! Ты не сможешь причинить мне боль, ты же не самосвал и не поезд. А что ты сделаешь? Погладишь меня по головке и скажешь, что мне нужно быть хорошим мальчиком? Или дашь пару пощечин? Девочка – божий одуванчик? Сделать мне больно и это мне говорит пигалица из самой дикой страны, в которой человек может грохнуть кого угодно за сотню баксов!? ХА! Девочка ты меня смешишь!» Его слова про мою Родину меня задели, и мне действительно сильно захотелось подойти и хорошенько треснуть его своим металлическим кулаком в челюсть. Но, хорошо понимая, что он только этого и ждет, я не стала этого делать. Росомаха еще немного постоял и не увидев должной реакции продолжил: «Или может, ты меня боишься? Боишься, что я случайно раздеру тебя на части и не замечу?» он злился все больше, а я повернулась и пошла к выходу. Росомаха рассвирепел, и с криком «Куда пошла, ты так просто не уйдешь!!!» понесся на меня. Когда он подбежал на расстояние вытянутой руки, а его когти были в нескольких сантиметрах, я резко развернулась вытянула правую руку вперед, мой палец оказался на его носу, и зал осветила яркая белая вспышка. Она длилась доли секунды. Я сняла палец с его носа, а он так и остался стоять в позе бегуна, сна одной ноге и с выпущенными когтями.

- Черт побери! Я не могу пошевелиться! Что ты сделала со мной Волчица!

- Это паралич, такое иногда случается, с теми, у кого длинный язык. Но это проходит, а может, и нет. – язвительно взглянула я на Логана.

- Разморозь меня сейчас же! А не то!....

- Не то что, ты меня по косточкам разберешь, ты это хотел сказать? Может и разберешь, если сможешь до меня дотянуться.

- Разморозь, ты совершенно не умеешь драться!

- Может оно и к лучшему, иначе от вас вряд ли что осталось, а так у вас будет время отдохнуть и подумать – сказала я, смеясь, подошла к Логану поближе играючи чмокнула его в нос. Потом я развернулась и пошла к выходу, напевая детскую русскую песенку из игры: «Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три…морская фигура, замри…». Передо мной уже открылись двери, как Росомаха заорал мне в след: «Волчица! Волчица!! Волчица!!! Мать твою!!!», я развернулась в проеме и прошипела: «В следующий раз надо будет применять паралич без возможности разговора, и полную заморозку. И если ты еще раз при мне упомянешь мою мать, я поставлю тебя во дворе в качестве фонтанчика для птиц!». Я закрыла за собой дверь и увидела девчонок, которые уже дожидались меня в коридоре и сгорали с нетерпения.

- Ну вот, - сказала я весело – как видите, обошлось без вывихов и переломов.

- Круто ты его сделала! Мы же им говорили, что у громилы против тебя никаких шансов! Мы тут с мальчиками поспорили на сотню, что ты его сделаешь! Теперь можем сходить в кафе. А что ты с ним сделала?

- Паралич.

- Круто, а где ты этому научилась?

- Не знаю, нигде. Мне просто захотелось показать ему какова участь статуй в парке.

- Ну, ты даешь. А когда он оттает?

- Полностью нескоро, я дала ему время, пусть подумает, развеется, по медитирует.

Мы вместе пошли наверх.

И, правда, Логан разморозился только к глубокому вечеру. Я как раз открывала дверь, когда увидела, как он злой как черт идет по коридору. Его плечи были накрыты курткой, он злобно посмотрел на меня, и, не поздоровавшись, проследовал к соседней двери. Он начал пытаться открыть замок, но я увидела, что ладони и пальцы его до сих пор не сгибались, а когти все так же торчали, как и на тренировке. Все его усилия по отпиранию замка оказались четными и бесполезными. И мне стало его жалко, или просто расхотелось ссориться.

- Привет – тихо сказала я, Росомаха не ничего не ответил, только кинул на меня пару злых, обиженных взглядов из-под лобья, и продолжил свое занятие. Но немного погодя он отчаялся, стукнул рукой о закрытую дверь и прорычал с горя: «Чертовы замки, ненавижу!», и оперся спиной о дверь, опустив голову.  Тогда я решила наступить на горло гордости.

- Извини, я не хотела тебя замораживать так надолго, просто твои слова о моей стране разозлили меня.

- Я хотел, чтобы ты сама напала на меня, меня интересовало искусство нападать, а не то как тебя учили избегать ударов – обиженно буркнул он.

- Понимаешь, я могу и без этого хорошо постоять за себя. У кого-то хорошо получается драться и нападать, а кто-то может хорошо рисовать и петь. Все мы разные. Дай мне руки, я разморожу их. – Логан недоверчиво посмотрел на меня. – Или ты меня боишься? – усмехнулась я. Он мелено с опаской протянул мне окостеневшие руки с выпущенными когтями, так, чтобы не поранить меня. Я протянула свои руки ионии засветились, золотисто-оранжевым. Я погладила сначала одну его руку, и расправила согнутые пальцы, потом сделала то же со второй.

- А теперь пошевели пальцами – сказала я. Логан так и сделал, пальцы легко поддались, и сгибались, как ни в чем небывало, он медленно втянул когти.

- Спасибо, и все же правильная у тебя кличка Волчица – сказал он и скрылся за дверью своего номера.

- Еще успеешь поблагодарить, Джеймс Хоулет – Росомаха – шепотом сказала я, и вошла к себе.

Настроение: гых-гых

Ну, вот еще один новый день пролетел незаметно. Я снова вернулась в свое уютное логово и продолжила работу. Я работаю не только дизайнером, но и художником собственных комиксов под названием «Невероятные приключения Древних Волков». Эти комиксы выпускала известная компания Marvel, и они пользовались неплохой популярностью среди американской молодежи, а, следовательно, контракт со мной расторгать не имело смысла.

Я только устроилась у компьютера и подобрала ноги в любимое мягкое кресло, взяла ручку планшета, как услышала знакомые шаги по коридору. На этот раз это был не Логан, а мои подруги. Две девчонки, с которыми я познакомилась здесь в институте. Они тоже мало с кем общались близко кроме как между собой, зато всегда знали все последние новости школы. Мы подружились и на тренировках всегда  везде ходили втроем. Еще они часто приходили ко мне за советами как поступить в том или ином случае, из-за моей способности видеть будущее. Вот и на этот раз я услышала за дверью знакомые женские голоса, и мягкий тихий стук в дверь. Я нехотя слезла с кресла. Был уже поздний вечер, и в комнате не было других источников света кроме как экран монитора компьютера, вокруг стояла такая темень, что обычный человек вряд ли видел дальше собственного носа. Я хорошо видела в кромешной темноте и с легкостью нашла дверь, и открыла все шесть замков. Девочки тихо вошли. После 9 студентам запрещалось входить и выходить отсюда. Так решили учителя. Многие подчинялись этим правилам, потому что если бы кто-то из учителей живущих в этом корпусе увидел бы нерадивых, то все ученики смотрели бы позже как с него «спускают шкуру». Это было не очень приятное зрелище. Но некоторые, вроде моих знакомых, которых по институту называли «отверженные», не придерживались правил. Хотя девчонки считались одними из самых дисциплинированных учениц, они все же умудрялись тайком пробираться вечером ко мне.

Я открыла дверь. Девчонки быстро, но тихо вошли. Одна из них была коротковолосая блондинка с глазами чайного цвета, довольно высокая, но с простыми, деревенскими, как мне казалось, чертами лица. Ее звали Белкой – из-за способности с места прыгнуть на большие расстояния и способности удерживаться на вертикальной поверхности. Она по натуре и манере поведения была типичным холериком, ей вечно хотелось куда-то убежать, на что-то запрыгнуть, что-то схватить. Она была хорошей спортсменкой, и особенно любила волейбол. А вторая моя знакомая была ее полная противоположность – черноволосая смуглокожая девушка невысокого роста с голубыми глазами. Ее способности заключались в том что ее тело было настолько гибким и мягким, а кости такими эластичными что она могла принимать практически любые формы, изгибаться в любом положении, поэтому в институте она получила кличку Резинка. Резинка характером так же отличалась от своей подруги. Она была очень спокойная и сдержанная, но зато в отличии от вечной оптимистки Белки была более серьезной и более трезво смотрела на вещи, хотя иногда и с долей иронии.

Не знаю, что свело вместе столь разных во всех смыслах людей, и что заставило меня встретиться с ними. Судя по всему, эти две конкретные противоположности действительно притягивались. А я являлась чем-то вроде золотой середины между знойной и задиристой Белкой, и серьезной и холодной Резинкой. Я достаточно сдержанна, но всегда готова помочь, я достаточно спокойна, но не могу жить без карандаша и блокнота, ибо мои руки вечно чешутся, я достаточно оптимистична, но всегда думаю перед тем, чтобы что-то сказать.

Но зачем они пришли сегодня? Чтобы просто поболтать или посплетничать в нашем узком кругу, да похихикать на ночь? А может, принесли с собой новые вести? Или пришли за очередным советом?

Пока я закрывала замки, девочки мялись у двери, в кромешной темноте.

- Ну проходите? – сказала я и показала рукой на комнату.

- Куда? – прошептали девчонки.

- Туда – слегка недоуменно сказала я и еще раз показала рукой на комнату.

- Куда туда?

- В комнату – рассержено оскалилась я.

- Так невидно ж ничего, у тебя черт ногу сломит! – процедила Белка.

- Ладно – сказала я и щелкнула пальцами, на полу появились два подсвечника со свечками, которые тут час загорелись красивым красным огнем. – так лучше?

- Да, гораздо лучше – ответила Резинка.

Я села на кровать, расположенную между двумя свечками и стеной.

- Располагайтесь – сказала я и села на кровать. Девчонки подошли и сели с двух сторон от меня.

- Ну, чего, там рассказывайте.

- Ну, мы тут пришли…- начала Белка

- Я вижу, что вы пришли.

- Короче мы хотим, чтобы ты на погадала, ты же умеешь – сказала Резинка с настойчивым видом.

- С чего это вы взяли, что я умею гадать?

- Ну ты же все равно связана со всякими этими штуками из будущего, так почему б тебе нам не погадать? – ехидно прошептала Белка.

- Честно говоря, я ни разу не пробовала, мои ведения ведь приходят ко мне спонтанно, я ни азу не пробовала целенаправленно заглядывать в будущее, и гадать тоже. – растеряно прошептала я.

- Вот и попробуешь – тихо рассмеялась Белка.

- Не волнуйся, Волчица, у тебя получится – как всегда серьезно прошептала Резинка.

- А-а как гадать то? – спросила я.

- Ну не знаю – проговорила Белка.

- Ну, на руке, или на картах, по домино, по книге, как?

- А давай…через хрустальный шар, сможешь? Чтобы мы увидели, сможешь? – протараторила Белка.

- Я конечно постараюсь, я не гарантирую… - отпиралась я.

- Да ладно тебе, ты для начала попробуй – обрезала Резинка.

- Ну хорошо, согласилась я и у меня в руках появился хрустальный шар.

- Сядьте на пол у свечек – сказала я, они сели каждая около свечки напротив друг друга. Я закрыла глаза. Я мысленно начертила на полу большой круг, а в нем круг поменьше мысленно я разделила пространство между кругами на три равные части, в двух из которых сидели девочки. С двух сторон я ограничила эти части рунами, которые не раз видела во сне. Я поставила в центр маленького круга небольшую пирамиду из черного камня – шунгита, который встречался только на моей родине в России. На нем я тоже написала какие-то руны, которые помнила из снов. Когда я открыла глаза, я увидела ошарашенных девочек сидящих между двумя светящимися кругами, окруженными замысловатыми письменами. Хоть я была удивлена не меньше их, я спокойно села в третью часть круга. Я еще раз щелкнула пальцами, и на мне вместо привычных брюк и кофты появилась мантия из золотистой парчи и шелка, таинственно искрящихся в свете красных огней. Из-под длинного капюшона видны были только мои, светящиеся золотисто-оранжевым глаза, с продолговатыми черными зрачками. Я сняла капюшон, и показала девчонкам диадему из белого и желтого золота ручной работы с рыжими блестящими камнями и вопросительно уставилась на них. Девочки долго собирали себя в кучу после увиденного, но минутную паузу прервала Белка.

- Ух ты, круто! – сказала она и толкнула еще не оттаявшую Резинку, закрыв ее рот рукой.

- На что гадать то будем? – спокойно спросила я

- Не знаю, а на что можно погадать, мне после всего этого в голову ничего не приходит –продолжила она.

- Ладно, впредь не буду переодеваться у вас на глазах – улыбнулась я – можно погадать на любовь, на дружбу, на семью, на будущее.

- На будущее?

- На ближайшее или на далекое? – спросила я.

- Ну, к чему нам знать, как мы старушками будем сидеть на скамеечке, и вспоминать свои былые приключения! Конечно на ближайшее! – встрепенулась Белка. Я вопросительно посмотрела на Резинку. Та посмотрела сначала на меня, потом уставилась в потолок, немного подумала, представила себе картину, описанную Белкой, потом снова посмотрела на меня и сказала:

- Ладно, давай на ближайшее.

- На ближайшее, так на ближайшее. Положите руки на пирамиду и смотрите в шар – не задумываясь, сказала я.

Я закрыла глаза и сосредоточилась. Медленно я ввела себя в состояние не то неглубокого сна, не-то транса. Я открыла глаза и увидела наш ярко сиявший круг с рунами, пространство позади него исчезло, и было такое ощущение, что сгустившаяся тьма, переплетавшаяся с  сияющими полосками пурпурного лилового, и сине-зеленого цветов, напоминавшее северное сияние, вращается вокруг нас. Красное пламя свечей колыхалось в разные стороны и передо мной проплавали разные глаза, какие-то из них были знакомые, каие-то нет, какие-то казались необычными и пугающими, а какие-то родными и близкими. Потом словно в объятые темными облаками стали проплывать видения, сначала воспоминания, как я маленькая бегу по аллее и гоняю голубей. Потом другое, ее героиней была тоже маленькая темноволосая девочка, игравшая с мячиком у самой дороги, я сразу догадалась, что это была Резинка. Мячик выкатился на дорогу, и ребенок ненадолго оставленный без присмотра матери, которая подстригала куст во дворе, выбежал за ним, как раз когда по дороге мчалась и ревела всеми мигалками Скорая помощь. Мама увидела дочь на дороге когда от Скорой оставалось метров 20. Водители поздно увидели девочку, внезапно выбежавшую на дорогу, и машина не успела затормозить. А девочка, увидев несущуюся на нее машину, обхватила мяч руками, издала крик и сжалась в комок. Машина проехала через то место, где сидела девочка и остановилась только через 30 метров. Мать с ужасов выбежала на дорогу, не надеясь увидеть дочь живой. Но она увидела дочь, согнувшуюся так, что машина скорой с низкой 30 сантиметровой подвеской даже не коснулась спины девочки, а проехала над ней. Когда дочка увидела маму она распрямилась, но стала плакать, как потом выяснилось не оттого, что испугалась, а оттого, что ее любимый мячик лопнул. После ее осмотрели санитары той самой скорой, но на девочке не было не единой ссадины и даже царапины. Потом все снова заволокли густые темные облака, и я увидела светловолосую девочку, на вид ей было лет 12. Я поняла, что это Белка. За ней по роще гналась стая одичавших собак, девочка бежала так быстро как могла, но вот споткнулась о торчавший корень дерева. Собаки с лаем окружили ее и прижали ее к дереву. Они пытались укусить ее, но девочка отбивалась ногами. Она посмотрела вверх и решила, что у нее есть единственный путь. Она легко и быстро забралась на дерево на торчавшую нижнюю ветку, и стала звать на помощь. Собаки обступили дерево и ждали своего часа. Ветка под ней трещала, и наконец сломалась. Девочка прыгнула с перепугу, и приземлившись почти через шесть метров от места действия прыгнула еще раза три пока вовсе не оторвалась от преследователей и убежала прочь. Вскоре и это видение исчезло.

Но на его месте появилось другое. То что в эти секунды происходило в моей комнате пока я была в трансе. Я увидела девчонок, которые испуганно оглядывались вокруг, а вокруг наших кругов (Простите за тавтологию) летали и вращались блестящие руны и магические письмена, освещавшие комнату золотистым светом, мои рисунки, сорванные ветром из внезапно открывшихся окон, наши волосы развивались на этом странном ветру, и возникало такое чувство, что мы сейчас не одни. Ветер приносил с собой тревогу и чувство опасности, а так же чувство чего-то неотвратимо грядущего, чего-то страшного и неизведанного, в  воздухе пахло страхом из сердца каждого студента и даже учителя,  в воздухе стали отчетливо слышны чи-то тихие голоса, чей-то плачь, и крик. Девчонки от страха прижались друг к другу, но внезапно обстановка поменялась, вместо плача и криков послышался звонкий смех, нежный шепот и даже признание в любви. А в воздухе  повисло ощущение неприкаянной радости и мимолетного счастья, девочки стали смотреть вокруг и начали улыбаться.

Внезапно хрустальный шар взлетел из моих рук и повис над пирамидой. Я засветилась золотистым светом. Мои глаза горели ярко, как огни красных свечей, шар засветился и в нем по очереди стали мелькать лицо Белки и Резинки.

- А теперь слушайте меня – сказала я каким-то чужим взрослым голосом. – я покажу вам будущее, но помните, есть события которые не столь важны для вас и ваших близких и если они не сбудутся, это не изменит сути, есть события изменив которые вы пустите свою судьбу или судьбу близких вам в другое русло, но есть события которые вам не дано изменять, ибо это будущее уже предначертано вам, а возможно и окружающим. Смотрите внимательно и не пропускайте ни одной мелочи, ибо порой от мелочи зависит вся жизнь. И помните еще одно, ваше будущее засвистит не только от вас, но и от окружающих вас существ, будь то люди или мутанты, или же что-то иное.

Девочки переглянулись, уставились на шар, который ярко засветился. Свет из шара вдруг стал обретать форму – форму моих видений. Сначала перед ними появился Логан, который будто невзначай обернулся в их сторону. На нем была его обычная одежда – старая кожаная куртка и потертые джинсы. Он поднял руку и закурил, рука в которой он держал сигару была забинтована. Потом изображение резко поменялось, и девчонки увидели парней, с которыми они встречались, и себя рядом с ними, в страстном поцелуе. Потом они увидели себя стоящими вместе с парнями спиной к спине, их окружило что-то,  и Белка плакала, а парни кричали, что прикроют их, и что они должны спасаться, потом они увидели кровь, разлившуюся в свете луны по темному полу, и чи-то глаза, мелькавшие в коридоре. Потом они увидели Резинку, которая бежала по глубокому снегу, а за ней гнался большой белый волк, он быстро настигал ее а его гневный взгляд рвал девушку на куски. Резинка утопала в снегу до середины бедра, а от волка ее отделяло лишь несколько метров. И вот зверь прыгнул, свалил девушку с ног, наступил лапами на руки, и посмотрел своими белыми глазами в ее. Его глаза были похожи чем-то на мои, и казались вовсе не звериными, а человеческими, только зрачки были вытянуты как у кошек, и левую часть морды рассекала черная кривая похожая на молнию. Волк посмотрел вперед, оскалился и взвыл. Потом девочки увидели себя сидящие в сверкающих доспехах и с мечами в руках, а вокруг них стояла кромешная темнота. В комнате снова повеяло страхом и тревогой, снова обострилось чувство опасности, снова послышались крики и стоны, и плачь, и снова создалось куда более явное ощущение чьего-то присутствия, повеяло могильным холодом и стены затряслись, отворилась и стала хлопать на сквозняке дверь. Послышался звон, страх пробирал до костей, замелькали тени ,что-то скрывалось в темноте вокруг нас, и это что-то было настроено против нас, от него шел явный негатив из него сочилась тьма, по комнате стали расползаться тараканы скалапендры и скорпионы. Тень пыталась прорваться и затушить свечи, пламя которых колыхалось на ветру. Девочки в доспехах в шаре пробивались мечами через тьму, над ними появились черные глаза, чуть поблескивающие на блеклом свете мечей. Их узкие продолговатые змеиные зрачки ярко светились зловещим кровавым светом, затягивали во тьму, завораживали, гипнотизировали, манили за собой в бесконечную тьму, глаза все росли, они, словно вышли из шара и замелькали в комнате, а зрачки с каждым разом горели все ярче. Через шар я видела, что девочки готовы уже встать из круга и окунуться во тьму, Взгляд темных глаз пробирал и глядев с самые потаенные уголки их душ заставляя их боятся, тень становилась все больше и собиралась вокруг глаз, казалась она обретала форму. Вдруг я увидела как тень пробирается сквозь летающие руны которые окрашивались в красный цвет, и увидела что острая как кинжал тень  застыла на щеке оцепеневшей от страшного взгляда Глаз и страха Белке. Вдруг загремел гром и черная молния, святящаяся красным, упала, куда то в бесконечную тень, комнату наполнил гром, а в нем четко послышались слова  «Я ВАС ВИЖУ…ВЫ МОИ!». Тогда я оторвала взгляд от шара, увидела девочек, а над их головами глаза с красными глазами, я не выдержала и закричала: «Хватит!!! Уходи!!! Убирайся в свой мир теней!!! Я не пущу тебя сюда!!!» Я закрыла шар рукавом, и все исчезло, и шар, и мантия, и круг, и скорпионы с тараканами и молниями, казалось, нечего не произошло. О моем гадании напоминали лишь испуганные лица девчонок с совершенно недоуменными квадратными глазами, и рисунки, раскиданные по полу в непроизвольном порядке. Мое тело тряслось, я чувствовала тревогу и страх, я не знала, что произошло на самом деле, и какие это будет иметь последствия. Я оказалась в привычной одежде, а свечи почти догорели и внезапно погасли, мы услышали сильнейший удар, и наши сердца точно ушли в пятки.

Вдруг зажегся свет. Я увидела выбитую дверь, со всеми шестью заиками, и взмыленного Логана, судя по лицу, которого, тоже был не в себе. Он испуганно озирался и тяжело дышал, втягивая носом воздух. Когда он осмотрелся и ничего не увидел кроме как нас, съежившихся в уголке и дрожавших, словно мокрые мыши, он немного успокоился. Я немного высунула голову  и посмотрела на соседа. Наши глаза случайно встретились, и я внезапно поняла, что Логан тоже чувствовал и тоже видел нечто подобное, что повергло его в не меньший ужас, чем нас.

- Ч-что здесь случилось? –спросил он немного собравшись.

- М-мы просто болтали, а вам снова приснился кошмар, мистер Логан? – слегка отойдя, сказала я. Логан почесал в затылке, и увидев подруг, взял их за руки и выпроводил их из моего номера бросив мне на последок: «убери здесь».

Я стала собирать мои рисунки и когда разгребала и складывала, под двумя листами бумаги я нашла рисунок с большими черными глазами со светящимися красными зрачками. Моя мечта поблекла. Я свернула этот рисунок и убрала подальше. Когда все было готово, и я случайно услышала обрывки разговора, под окном – это говорили девочки по пути в спальный корпус.

- В следующий раз надо погадать на любовь…

- Если следующий раз будет.

- Нужно просто еще кого-то позвать и будет не так страшно.

Логан возвращался обратно и остановился в дверном проеме.

- Я тебя не напугал? Прости, что ворвался.

- Ты нет, ты меня не напугал. Прощаю. Спасибо.

- За что? – недоуменно спросил он. Я подошла и обняла его так крепко, как только могла.

- За то, что ты есть!

Логан тихонько снял меня с шеи, и пошел к себе с недоуменной миной. Буркнув по дороге: «Н-да, ну и ночка…» А я про себя подумала: «Хоть бы дверь помог поставить, что ли! Ай, ладно». Я щелкнула пальцами, и дверь как по волшебству встала на место.

Настроение: Гадаание - тайна...

К воротам Института снова подъехала всадница на серебристом железном коне. Она, как и всегда была одета в черные клеши и черную кофту. На ее плечах висел синий потертый маленький рюкзачок. Она слеза с байка, который тут же уехал. Помахав ему на последок рукой, она превратилась в волчицу, о том, что она выглядела, как человек напоминал лишь синий рюкзачок на ее спине. Она прошла сквозь ворота, будто их вовсе не было, и  побежала по двору. Странно, но сегодня ей не хотелось, чтобы ее кто-нибудь видел до того как она зайдет к себе в комнату. Впрочем, так было всегда. Хотя когда она жила дома, то желания скрываться от всех и вся у нее не возникало, даже наоборот, иногда хотелось выделиться. Но делала она это не часто, а здесь вообще никогда. Никогда не ходила на общие развлекушки или никогда не была на дворовых сборах. Правда на тренировках бывать приходилось, и она с особой пунктуальностью соблюдала их график. Наверно теория ей была не столько интересна как практика.

Она пролезла в дверь для животных, сделанную специально для нее. Устремилась на последний третий этаж. Завернула в правое крыло и зашла в первую комнату. Стены комнаты были густо завешаны рисунками, которые всегда взмывали вверх при первом же сквозняке. Окно в комнате всегда было открыто, а прямо к нему вела большая дубовая ветка. Иногда это обстоятельство было очень удобно для незаметного побега. На маленьком столике стоял монитор и клавиатура, немного поодаль сканер. Вся остальная часть столов была занята альбомами бумагой рисунками и письменными принадлежностями. У окна стояла кровать. Маленькая уютная комнатка в стили последней половины 19ого века. Отделка из красного дерева вся была покрыта листками бумаги с рисунками, на которых были самые смелые, самые прекрасные и страшные моменты ее жизни и жизни, близких ей людей, ее видения, и то, что посторонним знать было не нужно. Поэтому дверь имела несколько внутренних и внешних замков.

Перед своей дверью она стояла не долго, один взмах рукой и дверь открыта, еще один и снова закрыта. Теперь она почти дома. Рюкзак – на кровать, кроссовки и носки – под кровать. Наконец-то она дала свободу ногам, а точнее когтям на пальцах ног. Она плюхнулась на кровать, а из-под нее  высунулась собачья морда. Потом оттуда вылез огромный ротвейлер. Даже для своей породы он был слегка крупноват,  походил по размерам больше на годовалого теленка, чем на собаку. Как только он вышел из своего укрытия, девушка принялась теребить его за складки и уши. Огромный пес только вилял хвостом и ласково жмурился.

После недолгой игры со своим подопечным девушка взяла большой блокнот и остро наточенный карандаш и принялась рисовать. Она рисовала не столько то что видела, а то о чем мечтала или просто близких себе людей. Но сегодня ей почему-то захотелось нарисовать себя. Штрихи на бумаге сначала казались небрежными и беспорядочными, но потом сливались в мягкую воздушную картинку.

Это был портрет в полный рост. Она не пыталась себя приукрасить, и сделать более красивой, чем есть на самом деле. Даже наоборот, она не любила людей пытающихся выглядеть лучше, чем они есть, возможно, считала что врать самим себе неправильно и лучше горькая правда чем сладкая лож. Хотя, судя по отражению в зеркале, правда была не такая уж и горькая. Темные карие глаза, загадочные и таинственные, ласковый взгляд, густые брови и ресницы, пухлые яркие губы, аккуратный нос с горбинкой. Овальное лицо, и высокий лоб, прикрытый густой пышной челкой, темно русые, слегка вьющееся волосы. А фигура тоже была ничего, большая грудь и не плохая попка. Все было сбалансировано, и фигура была гармонична. Не смотря на свой маленький рост всего 152 сантиметра, девушка имела стройные длинные ноги, и талия у нее была тоже красивая. В общем, природа ничем не обделила.

Правда она не любила подолгу торчать у зеркала и в основном не пользовалась косметикой. Она могла навести весь свой марафет, лишь щелкнув пальцами. Обычно это были золотистые тени, рыжеватая помада с блестками, и нежные румяна. Но на картинке она не стала показывать себя сидящей перед зеркалом, а нарисовала себя в летящем одеянии стоящей на вершине горы и наслаждающейся потоками ветра.

Внезапно девушка услышала звук шагов. Судя по тому, как скрипели чьи-то подметки, и по интервалам между шагами она сделала вывод, что это был ее сосед – Логан. Хотя догадаться было не так уж и трудно, возвращаясь вечером из основного корпуса, он всегда ворчал и ругался на жизнь, на работу преподавателем, на учеников, и иногда на себя. Но последнее встречалось очень редко. Он как всегда громко хлопнул дверью. Он жил в соседней комнате справа по коридору. А напротив жила Ороро Монро. На Ороро грех было жаловаться, она никогда не шумела, в отличии от Логана. Он часто бредил во сне, а через тонкую стенку многое можно было услышать. Девушка каждый раз просыпалась в холодном поту, заслышав его бредни, то ли по тому, что ей становилось его жаль, то ли от сверх чуткого слуха который стал беспокоить ее последнее время, А то ли оттого что сама видела все его кошмары, и чувствовала примерно тоже. Но она уже давно не спала по ночам, да и вообще не спала. Неизвестно почему – ей просто не хотелось.

Вот в соседней комнате что-то полетело в стенку, наверно это были сапоги Логана, туда же полетела куртка и рубаха. Заскрипела кровать – это Логан плюхнулся туда с разбегу. Запахло сигарным табаком и потом. Когда Логан последний раз бывал в душе, девушка точно не знала. Зато точно знала, сколько раз чуть не устроил пожар, оставив сигару на простыне.

Мечта многих попасть в знаменитый некогда институт, оказаться среди супер мутантов, здесь не казалась ей такой уж и заманчивой. Впрочем, она и никогда не мечтала попасть сюда, но почему-то знала, что это случиться. Ей нравилось жить и работать без приключений. Была любимая работа – дизайн, ее очень ценили, ведь она находила какой-то способ сделать перепланировку и обустройство помещения практически бесплатно для компании, а вот клиенты в последствии платили кампании как за продвинутый ремонт. Хотя все в компании знали, что она мутант, никто не решался ее выгонять.

Но в этой школе она чувствовала себя немного не в своей тарелке. После смерти Профессора атмосфера здесь сменилась, ученики стали более подозрительны и пугливы и учителя всегда с опаской глядели по сторонам, будто вот-вот должно случиться что-то ужасное. Были усилены меры безопасности. Проводились специальные занятия по конспирации. Все было как-то странно, и ворота, увенчанные стальными пиками, и студенты, пугающиеся каждого шороха.

Но она знала, что на выходные снова поедет к родным, она уезжала в пригород под любым маломальским предлогом, и оставалась как можно дольше, находя все новые причины. Там была мама и маленький брат. Они хоть и были людьми, но очень любили ее. В этом ей повезло.

И эта маленькая девушка, вечно рисующая, вечно с карандашами и блокнотом в руках, даже не вериться, что она способна делать все чего только захочет, не вериться что она настолько могущественный мутант, не вериться что это всего лишь я – София Волкова – девчонка эмигранта родом из Русской глубинки.

Ночью я снова учуяла запах дыма. В соседней комнате кто-то заметался, должно быть опять росомаха оставил не затушенную сигару на простыне. Я выглянула в окно, ну да, точно. Логан вылетел на балкон с простыней и стал ее топтать. Я с заинтересованной улыбкой стала наблюдать за ним, наполовину высунувшись из окна. Вскоре он закончил свой «танец огня» и важно закурил все ту же сигару. Немного постояв и попускав кольца, он заметил что я за ним наблюдаю и грозно спросил: «Эй, ты, чего уставилась!?» А я хихикнула и сказала: «Да ничего, уже исчезаю». Он продолжил курить не теряя свей напыльщинности. Я скрылась в окне бросив перед этим: «А ты неплохо танцуешь». Логан затем еще долго пялился в мое окно, со злым видом. И все таки, стоящим на обгоревшей простыне с победоносным гордым видом, и курящем сигару пуская колечками дым, видеть его и не похихикать втихаря я просто не могла. А втихаря у меня редко получалось. Да и Логана сверх чуткий слух тоже редко подводил. В общем хихиканье мое прекратилось когда я услышала барабанный стук в дверь. «Кто там?» - тихо спросила я. «Черт в пальто!» - ответил грубый мужской голос. Вот тут то я и подумала, что все эти уроки по самообороне мне могут сейчас пригодиться. «Чего тебе нужно Логан?» «Поговорить». «А если не выйду?» - серьезно спросила я. «А дверь, тебе не жалко?» - рыча, сказал Логан.

Моя голова прошла через дверь, и уперлась прямо в лицо Логана. Я смотрела прямо в его карие глаза. Он явно был не готов к такому повороту событий. Я воспользовалась его замешательством и сказала: «Извини меня, не обижайся, только пожалуйста, постарайся больше не оставлять не затушенные сигары на кровати. Ладно?» С этими словами я чмокнула его в щечку, словно близкого друга, и прошла обратно. Я саму себе удивилась. Логан вскоре очнулся и буркнул под нос: «Ладно». Я облокотилась на дверь и тяжело вздохнула и подумала: «Уф, пронесло…».

На следующее утро я вскочила с кровати и натянула тапочки. Я выскочила сквозь дверь и понеслась к ванной с полотенцем в зубах, по дроге превратившись в волчицу. Но когда я пришла к ванной, там уже стоял в очереди мой заспанный сосед. Логан с утра всегда выглядел так, как будто он до этого неделю был в глубоком запое, а этим утром его мучает ужасное похмелье. Я спросила его сначала по-русски:

- Кто сейчас в ванной?

- А? Что? – сонно пробормотал Логан

- Кто в ванной спрашиваю?

- Курт.

- Курт? И сколько он там?

- Я стою здесь уже как минимум минут сорок…наверно.

- Значит сорок, ничего это можно исправить.

Я превратилась в человека. А тем временем из-за двери доносились звуки воды и стихи Гетте в оригинале. Логан оперся спиной о стену, и начал зевать и потягиваться. Я поправляла топик от своей пижамы, когда поймала его взгляд, уставившийся в складочку посередине под самым глубоким вырезом моего топа. Я нахмурилась, и приподняла складку, закрыв ямочку между грудью. Он понял и повернул голову, но время от времени все же посматривал в мою сторону, что меня раздражало. Внезапно Логан спросил:

- А почему ты не моешься у себя в ванной? У Тебя же номер люкс.

- А почему ты не моешься в своей? У тебя вроде бы тоже.

- Нуррр…- фыркнул он – Люкс люксом, а воды горячей там нет. – он снова по привычке что то начал бормотать под нос.

-Неужели я такая не одна, у меня тоже нет. Ну что этот синий там застрял?! Он что хвост полирует! – прошипела я.

- Кстати да, долговато он. – заметил Логан, и начал стучать в даерь с криком – Курт, давай открывай, или я твой хвост пущу на фарш!

- Не горячись, майн фройд! – доносилось из ванной – Я буду через минуту. – а шум воды все не утихал.

- Так, знаю я это «через минуту» - проворчала я – если счас его оттуда не выгоним, он еще там столько же просидит!

- Ты права. – сказал Логан выпустив когти, - счас я его оттуда…

- Ну не надо же так! – сказала я остановив его руку.

- А ты можешь предложить что-то получше? – раздраженно сказал он.

- Да, - я расплылась в хитрой улыбке – старый проверенный способ.

- Старый проверенный способ? И какой же, интересно знать?

- Щелчок.

- Щелчок?! Ну и что это значит?

- Сейчас увидишь. Только отойди подальше.

Он отошел подальше от двери в ванну. Я щелкнула пальцами, и перед нами появился Курт. Весь мокрый и в мыльной пене он стоял, почесывая щеткой спину, читал Гетте и совсем нас не замечал. Я выхватила свое полотенце у остолбеневшего Логана, улыбнувшись, сказала: «Ну, я пошла, всего хорошего!» и исчезла.

- Курт?

- А!?! - только тогда Курт понял, что уже далеко не в ванной, когда увидел перед собой Логана с улыбкой до ушей. Он прикрыл причинные места хвостом и покраснел, а точнее посинел. Из ванной внезапно вылетело его полотенце, а на двери ванной появилась табличка: «С 6 до 9 утра ванну больше чем на 15 минут не занимать!»...

Настроение: Вот такая вот ботва ребята!

Одним туманным днем, в тени решеток Алкаласа на большой стене старой каменной крепости стояло двое. Знакомый темный силуэт все так же сверкал страшными глазами, обозревая туманную реку сквозь пелену моросящего противного дождика.  Над тюрьмой раздался шум вертолетных лопастей, и вскоре три черных вертолета пролетело над их головами. Вдали показалось красное зарево. Вертолеты направились к нему.  Рядом с фигурой Тигрона стояла рыжеволосая девушка, она была одета в рыже-черный кожаный военный костюм, и держала в руках длинный плетеный кнут.  Тигрон вдруг недовольно фыркнул и сказал, обращаясь к девушке:

- Мррр. «Щит» снова обстреляла мой караван.

- Как они посмели атаковать собственность другого государства? Нужно преподать им хороший урок!

- Фьюри совершает большую ошибку, нападая на мои караваны, одно судно, отлитое из Адамантиума, стоит десятки миллиардов. По их деньгам. Хорошо, что потопить их практически невозможно, и нападая на мои суда, Фьюри лишь теряет время и людей.  Их ничтожные истребители еще не потопили ни одного моего корабля, но их постоянные налеты раздражают меня и злят. Это может повлиять на мой имидж и престиж моего оружия.  Но полковник назойлив и упрям, и видимо не собирается сдаваться, но мое терпение тоже не безгранично.

- Что ты собираешься делать Томас?

- Мое новое оружие нуждается в проверке.

- Но ты же уже проверял их. И они успешно усвоили всю программу боя.

- Этого недостаточно, дохлые людишки не могут быть хорошими противниками. Им нужна настоящая проверка Лисица, проверка на прочность на умение и секретность.  Я хочу, чтобы, когда дело дойдет до главной Миссии, миссии к которой я готовился всю жизнь, все было идеально, так, как я этого захочу.

- Я поняла.

- Иди, лисица и убери эти самолеты с глаз моих долой! Мне надоели эти насекомые!

Девушка подбежала и села в большую противовоздушную корабельную пушку, установленную на стене, и как ни в чем не бывало начала метко сбивать кружившие над караваном из трех кораблей самолеты.

В город спустилась ночь. Яркие звезды и тысячи огней осветили его окрестности. Облаков почти не было, и в летающей штаб-квартире «Щита» на смену как обычно заступила новая охрана. Фьюри сидел в своем кабинете и слушал доклад. Молодой Лейтенант рассказывал об операции с караваном.

- Вам так и не удалось сбить ни одного корабля противника?

- Нет сер, мы бросали в них бомбы, кидали зажигательные снаряды, в общей сложности почти тысяча тонн тратила. Нами были предприняты шесть заходов на цель. Но цель осталась на плаву, более того, начался обстрел с острова, нам пришлось отступить.

- Доложите о потерях.

- Из 6ой эскадрильи осталось только двое.

- Что! Как это произошло!

- Они открыли огонь на поражение.

- У них что, есть  станции ПВО?!

- Боюсь что да Сер. Они стреляют в нас лазерными зарядами или сверхпрочными снарядами с самонаведением и лазерным зарядом.

- Откуда они берут все это оружие?

- Боюсь, они делают его сами – сказал Лейтенант и достал большой и тяжелый снаряд. Он поставил его на стол и повернул стороной, где была выгранена надпись: «Сделано в Империи Алкалас» Фьюри увидев снаряд и надпись, хлопнул кулаком по столу и сказал: «Откуда у них Адамантиум!? Тигрон!» Лейтенант только пожал плечами и спросил робко:

- Полковник, сер, можно идти?

- Идите.- сказал Фьюри рассматривая снаряд.

Тем временем на палубу летучего штаба приземлился бесшумный большой черный вертолет. Из него выпрыгнули 12 человек одетых в черно-рыжую форму. И большой темный силуэт с ними. Команда неслышно побежала вперед, а вертолет так же бесшумно улетел восвояси.

Охранник стоял на верхней палубе, вооруженный лазерным бластером, и смотрел на необыкновенно звездное небо для этого времини года. Внезапно он услышал хриплый крик и шорох. Охранник пошел посмотреть, что случилось внизу. А на месте где он недавно стоял, промелькнули четыре тени. Охранник только начал спускаться по лестнице как в его грудь из потолка вонзились длинные когти. Охранник упал замертво и скатился вниз, а темная тень вспрыгнула, минуя лестницу на верхнюю палубу. «Альфа5, Альфа5, Альфа5 Омеге3 ответе. Омега3 ответе. Омега3 что стряслось? Омега3 немедленно отве….»- Голос в рации убитого охранника внезапно оборвался, и рация зловеще зашипела.

Фьюри уже задремал на своем кресле, как большой экран компьютера загорелся красным, и зазвенела сирена. Компьютер объявил: «Нарушители в Северном секторе!» Фьюри очнулся и уставился в монитор, на котором мелькала одна и та же надпись. «На нас напали? Это невозможно! Компьютер, включить сигнал тревоги, поднять дополнительную охрану! Уровень обеспечения безопасности поставить на максимум!» По всему кораблю начали зажигаться красные мигалки, вопящие дурным голосом об опасности, в северный сектор были подняты по тревоге все имевшееся резервные отряды охраны.  Им выдавали самое мощное лазерное и стрелковое оружие. Отряды бежали по палубам, прочесывая их вдоль и поперек, но находили лишь трупы сослуживцев.  Тревога явно ни была ложной. Но нарушителей их спокойствия нигде не было.  Люди недоумевали. Осталось проверить последнюю вторую палубу.  Люди зашли с обеих сторон, просвечивая все  лазерами и приборами ночного видения. Все прикрывали друг друга. Стояла нервная натянутая неспокойная тишина. Вдруг один из охраны, с очками ночного видения сказал: «Похоже, я вижу его, он там, за тумблером». Тумблер мигом превратился в решето.  Толпа охранников медленно приближалась к многострадальному тумблеру. Один взял из пояса небольшую круглую штуковину, прикрепил на тумблер, нажал кнопку  и отбежал вместе с остальными. Через несколько секунд раздался взрыв. Когда клубы дыма рассеялись, агенты увидели темный поблескивающий в свете луны силуэт. «Эй, ты,- закричал кто-то из них - Эй ты - сдавайся! Ты окружен! Тебе никуда не деться!» Фигура, стоящая к людям спиной медленно повернула голову, и охрана увидела, что вместо кожи у нее металлические перья, а вместо лица большой орлиный клюв. Глаза неизвестного существа святились красными лазерами. Внезапно оно начало шевелиться и медленно поднимать когтистые руки. Люди открыли беспорядочную стрельбу. Вдруг из рук существа появились длинные металлические крылья, и пули с лазерными лучами стали рикошетить от них. Охранников положило их же собственными пулями.  Орел медленно пошел вперед на оставшихся Агентов, его мощные крючковатые когти на металлических птичьих ступнях насквозь пропарывали трупы, а пули рикошетили от такого же острого оперения тела. Один взмах его крыльев разрезал людей напополам, отрубал конечности и головы.  А клюв с зазубринами вырывал жертвам печенки и сердца, и так же легко ломал кости и черепа как мясорубка. Полоса его лазерного взгляда внушала ужас еще живым агентам. А тем временем пробираясь между кают остальные рубили всех кого видели, делали это тихо и незаметно.

Когда дошли до центра корабля, Тигрон приказал своим подопечным рассредоточиться и громить станцию. Всем кроме Грома. Грома он послал на поиски го главной цели полковника Фьюри. 

Тот сразу учуял нужный запах, и по обшивке забрался на потолок. Ползком по потолку он незаметно пробирался над охраной, потом прыгал им на спину, и вонзал зубы в горло, один укус и все было кончено. Так повторялось несколько раз, пока Гром не остановился у металлической стены. Он прислонил к стенке свое ухо и услышал с другой стороны дыхание. Дыхание было четким и ровным, натренированным, сдержанным и уверенным, но в нем все же были нотки сомнения и даже страха.  Гром злобно улыбнулся, помимо дыхания он слышал еще и биение сердца. Оно билось часто, так, когда человек нервничает или испуган. Фьюри был взволнован это он чувствовал даже в запахе, но он так же знал что противник готов к встрече. Гром выпустил свои длинные когти, и быстрым движением вырезал в стальной стенке дыру.  Ударом он сбросил кусок внутрь комнаты, но широкий лазерный луч отстрелил, продырявив кусок к стенке. Гром увидел, что на полковнике надет сильный робо-костюм, только его лицо было видно в прозрачном скафандре.

- Ну здравствуй Фьюри!- говорил Гром.

- Не могу пожелать тебе того же Тигрон! Ты что и в правду думал, что я не готовился к этой встрече! Ты сильно ошибался!

- Ну, как, как тебе мое новое оружие? А хотя, пожалуй, об этом еще слишком рано спрашивать, нужно будет спросить, когда я его испытаю на тебе! Если останется, конечно, кого спрашивать!

- Зачем ты сюда явился Тигрон!

- Я? Я явился суда за местью!

- Ты хочешь меня убить?

- Глупый вопрос, человечешко! Конечно, хочу! Но делать этого, скорее всего не буду.  Мои покупатели еще больше меня зауважают, когда узнают, что я разгромил самого Фьюри, но был так благосклонен, что оставил его в живых. К тому же мне надоели твои бесконечные налеты на мою собственность…

- Я бы не нападал на твои корабли, если бы ты не перевозил на них тонны запрещенного оружия и наркотики.

- Ну… дорогой Фьюри, кто зарабатывает чем может, кто продает Комиксы в ларьке, и зарабатывает гроши, а кто-то продает оружие и наркотики по всему миру и зарабатывает миллиарды. Возможно, я бы, как и ты занимался собственной карьерой и службой, если бы не такие подонки вроде тебя, которые превратили меня в чудовище, и я лишился всего что у меня было. И возможности нормально существовать тоже. К сожалению, я могу тебя убить сейчас, иначе развяжу войну с Америкой, а мне этого не надо…пока.  Но если ты не прекратишь свои нападки, я приду во второй раз.

- Выходи Тигрон, я хочу видеть тебя!

- Зачем мне выходить, у меня есть здесь «язык».

- Ты используешь этих мутантов как оружие! Но ты заблуждаешься, это уже было, и ты знаешь, чем это закончилось. Все вырвались и сбежали Х-23, Росомаха и ….

- Я. Ты ведь это хотел сказать? Глупые люди! Я попал в «Оружие-Икс» случайно, из меня тоже пытались сделать оружие, но смог этим воспользоваться. Я был последним кто бежал с базы, перед ее уничтожением. Кстати, я ее и уничтожил.

- Так это ты был тем неудачным экспериментом?

- Не скажи. Я получил то, что мне было нужно, сверхпрочные когти зубы и скелет.  Кстати эти ребятки из тех же материалов.

- Ты не думал, что рано или поздно они сбегут, как сбегали все остальные?

- Сбегут? Ха! Это вряд ли. На их череп имплантирован чип, который подавляет их волю, и заставляет их выполнять мои приказы.

- А! Так они роботы! Тогда все понятно.

- Нет, они не роботы. Чип не лишает их мыслительной деятельности, он просто направляет ее на исполнение моих приказов. Это умное оружие. Оно может мгновенно поменять тактику боя или устроить засаду, или определить слабое место врага. Обычный робот не вышел бы за пределы своей программы, но они лишь выполняют приказ, а как они его выполняют, уже их дело.

- Тебе не удастся даже тронуть меня, ты мохнатая тварь! Мой костюм полностью отлит из Адамантиума! – Фьюри направил на Грома пушки и начал стрелять. Того хорошенько пропотрошило. Но через минуту он встал, как ни в чем не бывало, и сказал: «Ну, как тебе эти ребятки, его регенерация гораздо сильнее, чем у Росомахи и Х-23 вместе взятых! Его не разорвать даже тысячью атомных бомб. Его регенерация Абсолютна, а он сам бессмертен, так же как и я. А адамнтиумом ты меня не напугаешь. Еще в лагере «Оружия Икс» я изобрел улучшенную формулу металла Адамантиума, и назвал открытый сплав Адамантиума Премиям. По моим расчетам этот сплав  должен был оказаться в тридцать раз прочнее прототипа, а так же не иметь свойства к намагничиванию. Чтобы это проверить я подложил формулу ученым, и подстроил все, так как будто они открыли ее. Пройдя процедуру Адамантиума, я уничтожил формулу и всех кто ее знал, вместе с базой.» Гром прыгнул и когтями отрубил пушки от костюма, а потом вскрыл его как консервную банку, вытащи Фьюри и бросил его на письменный стол. Гром прыгнул следом, и приземлился на грудь Фьюри.  Он встал в полный рост, а из прорези его армейского сапога медленно выпустился длинный зазубренный коготь. Он уперся подполковнику в подбородок. Гром фыркнул и сказал: «Итак Ник, запомни раз и навсегда, не оставляй ключ в замке клетки, когда тигр голоден. Ибо если он вырвется на свободу, его уже никто не остановит. Оставь меня в покое, и я оставлю в покое тебя». С этими словами Гром втянул коготь, и отпрыгнул к  «двери». Он мгновенно скрылся в темноте коридора. Фьюри медленно поднялся со стола, потирая себя за подбородок, и увидел в дыре большой темный силуэт, глаза которого следили за ним и ярко по-кошачьи сияли в ночи. Оттуда донесся грубый басистый рычащий голос: «Помни что я рядом, и я с тобой еще не закончил Фьюри!» С этими совами силуэт исчез.

На утро Ник ходил по палубам своего корабля вместе с агентом Кейном. Другие  агенты убирали трупы с палуб, а командоры переговаривались между собой.

- Так вы аннулируете все запланированные операции с Алкаласом. Но почему?

- Скажу так, это стало слишком опасно, да и наши потери превышают выгоду от операций.

- Да уж, но скажите, он вам угрожал?

 - Нет, что вы Кейн, он не посмел. Как же можно мне угрожать.

Фьюри повернулся лицом к рассвету и сказал: «Алкалас силен, силен как никогда, а я не хочу войны, Кейн.» Кейн нахмурил брови, посмотрел на восток,  а потом на Фьюри и сказал «Вы правильно сделали».  Он удалился. А полковник продолжал смотреть на восток, туда, где в дали, в пойме реки Гудзон возвышался остров – другое государство - Империя Алкалас.

Настроение: Вот такая вот история...

Его вели по длинному темному коридору, с двух сторон его окружали сверхпрочные решетки. Снова будто в камеру, снова, будто на казнь. За время пребывания в тюрьме он не так уж сильно изменился внешне, только на руках и ногах слегка отросли когти и волосы стали скорее серыми, чем белыми. Его продолжали вести на полусогнутых коленях, а в его висок уставилось сразу четыре, тонких как нить красных лазерных луча. О нем в Алкаласе ходила дурная слава. Он считался тигроубийцей – сильным и непокорным, он ненавидел тигренов и расправлялся с ними при первой возможности. Конечно, хозяину тюрьмы этот явно не нравилось, кому же понравиться, когда находиться тот, кто разрывает твоих «домашних питомцев» на части без особых усилий и сожаления. Даже если эти питомцы представляют собой кровожадных тварей, вроде саблезубых тигров. Но кроме этого было что-то еще, он сам не знал что. Знал только, что надсмотрщик ненавидит его так же сильно, как все его заключенные на нижних уровнях ненавидят его самого. В отличии от вездесущих тигренов, которых все же можно было убить не смотря на регенерацию, хозяина убить было невозможно. По крайней мере, никто не знал как. А вот хозяин не страшился никого, пытки, которые он устраивал своим подопечным считались хуже чем в «Гестапо», после них не выживал практически никто, никто кроме него. А стены «Крепости Смерти» - так заключенные нижних уровней называли Алкалас, были покрыты стеной из острых колей и копей, на которых были насажены головы тех, кто не выдержал пыток. Над тюрьмой всегда кружило воронье. А завеса из вечных туманов делала ее еще более мрачной и зловещей.

Его продолжали вести по узким темным коридорчикам, но что-то изменилось. У обеих стен, через каждые десять метров стояли тигрены вооруженные электро-арбалетами, а вели его люди. Когда его проводили возле очередной пары охранников, злобные мутанты улыбались ему в след будто говоря «вот и тебе конец пришел свололчь». Можно было конечно попытаться бежать, но это было бессмысленно – обе стены, потолок, и пол были отлиты из одного из самых прочных металлов на земле – адамантиума. Вся тюрьма представляла собой адамантиумовый каркас, слегка обнесенный толстым слоем камня и скалами. Ее решетки остались бы целы, даже если сбросить на нее с сотню атомных бомб, не то, что прокусить зубами. Так что он продолжал покорно идти, изредка скалясь на окружающую охрану. Его уводили на средний уровень. Вскоре они дошли до ярко освященной комнаты, свет бил ему в глаза, на нижних уровнях, где он жил, всегда царил полумрак. Комната оказалась лабораторией, впрочем, здесь их было много, в них хозяин самолично изучал способности мутантов, занимался генетикой, разрабатывал новые виды оружия и разные мутагены. И всегда ему нужен был кто-то, на ком все это можно было испытать. Ему было не впервой. Всякий раз, когда его вели в лабораторию, над ним ставили всяческие эксперименты, проверяли, как действует те или иные яды или химикаты, а может просто проверяли скорострельность очередной модификации, изобретенного хозяином автомата. Но в этот раз что-то было не так, когда его привели в лабораторию, вместо тигренов там сновали люди,  на каждом углу была охрана, вооруженная до зубов. К чему все это? А главное, откуда все эти люди в белых халатах, и оборудование которое он прежде ни разу не видел.

Посреди лаборатории стоял операционный стол с ремнями, вокруг него стояло четыре маленьких стола с разными инструментами и колбами. Люди чистили скальпели и другие острые предметы, как в другом коридоре послышались те самые шаги «кланц-кланц-кланц» - разносилось в зловещей гробовой тишине. Вскоре мощная фигура, объятая мраком, остановилась у входа в лабораторию. Глаза ее злобно по-кошачьи, но довольно сияли в темноте. Хозяин держал в руках что-то блестящее, металлическое, он оглядел лабораторию, и тех, кто в ней находился. Он видел, как в глазах людей застыл благоговейный страх. Лампа висела в центре помещения, и освещала центральную его часть, а по бокам все же стоял упрямый полумрак. Хозяин приблизился к столу, но в столб света полностью не попал. Он протянул к одному из столиков руки, в которых было два металлических кейса. «Пес» видел лишь его сильные мускулистые руки, покрытые шерстью натурального тигриного окраса, и кусочек лица, а точнее тигриной морды, с треугольным черным носом, пушистыми усатыми щеками, мощным подбородком, и длинными толстыми свисающими из верхней челюсти полуметровыми, острыми как сабли клыками. Даже его это зрелище повергло в ужас. Хозяин тем временем поставил кейсы на один из столиков, и медленно и неслышно  подошел к «Псу». Он легко изловил вертящегося изгоя, схватив его прямиком за шею. Он приподнял его одной рукой над полом, люди расступились, сжал руку так сильно, что Гром начал задыхаться, и приставил его лицо в плотную к своей морде. Они смотрели друг другу в лаза. Выражение глаз «Пса» из ужаса изменилось на выражение злобы и негодования. «Томас Тайгер, я должен был догадаться с самого начала!» - прохрипел Гром. «Да это я, мой дорогой друг. Меня так называли когда-то в прошлой жизни -  он отпустил руку, и пленный упал на пол пытаясь отдышаться, - но с тех пор прошло много времени, и я изменился, а точнее вы изменили меня. Теперь у меня другое имя, насекомое. Меня зовут ТИГРОН! И ты навсегда запомнишь это имя!»

Гром встал и хотел уже наброситься на Тигрона, но тот увернулся, и Гром врезался в стол. Хозяин схватил его за руки одной лапой и прижал к столу, а другой прижал его голову. Из его пальцев вышли огромные загнутые как у кошки металлические толстые когти с зазубринами, одним пальцем он разрезал ткани у виска, к ним подошел один из людей в белых халатах, с пинцетом в руке. В пинцете было что-то, что вставили в ранку у виска. Тигрон вынул коготь, и ранка сразу затянулась.

Гром почувствовал что-то странное. Все вдруг померкло и стало как в тумане. Он перестал сопротивляться, точнее он пытался, но его тело перестало его слушаться, а мысли и вовсе опустели. Хотя он слышал, видел и понимал, что творилось вокруг, он не мог ничего предпринять. Не потому что не хотел, а потому что не мог. Его подняли на ноги, и повели к большой вертикальной колбе. От нее вились в разные стороны провода, шланги и трубы. Одна труба вела в прозрачный обитый металлом резервуар, где кипела жидкость цвета ртути. Стенки округлой колбы опустились в пол, и Грома поставили во внутрь. На его запястья надели специальные кандалы, и большие иглы вонзились в его вены. Кандалы надели не ноги и на шею надели игольчатый ошейник. Он чувствовал, как все новые иглы вонзались в его вены. В нос вставили шланг, по которому шел воздух. Тем временем он слышал разговор, разговаривали Тигрон и один из «докторов»:

- Ваш чип прекрасно подействовал, все изменения что мы проводили не отразились на его работоспособности. – сказал «доктор»

- Я его берег для дела. Скажи после ваших там изменений, он будет чувствовать боль? – прорычал зверь.

- Да, но я надеюсь, вы используете обезболивающее?

- Какое обезболивающее? Конечно, нет. Я хочу, чтобы он страдал так же как страдал когда-то я! Я хочу насладиться своей местью! – ученый с ужасом посмотрел на стоящего совсем рядом монстра, а потом на бедолагу Грома. О чем он думал неизвестно, но его глаза виновато бегали.

Люди прикрепили к Грому аппаратуру и отошли. Стенки колбы постепенно поднялись. Как только это произошло, Тигрон дал команду аппаратной, и нажал пару кнопок на приборной доске около колбы, и она начала заполняться зеленоватой прозрачной жидкостью. Гром понял, что это был обездвиживающий состав. Тигрон снова оглядел лабораторию и сказал: «Ну что господа, и господамы, пора начинать процесс.». Он нажал еще пару рычажков на большом резервуаре, где кипела жидкость. Она медленно потекла по шлангам в колбу. Гром почувствовал сильнейшую боль, при которой бы обычный человек скончался от болевого шока. Раскаленная как магма, густая жидкость разливалась по всем его венам и сосудам, варя его изнутри вкрутую. Гром Арал, но зеленая муть гасила крик. Но вместе с неописуемой болью, он почувствовал прилив сил, и еще что-то странное как будто его кости становились прочнее и пропитывались чем-то. Его ногти-когти стали металлическими, и острыми как бритва. Он не знал, сколько длилась эта процедура, возможно несколько часов, но ему казалось, что эти часы длились дольше, чем вся его жизнь. Но вдруг кандалы разомкнулись сами собой, и стенки колбы быстро опустились, а зеленая жидкость разлилась на пол. Гром оказался на коленях перед Тигроном – его тело еще дымилось. А мускулы дорожали от боли. Как же он тогда хотел всадить свои клыки в горло Тигрона. Но вместо того распластался перед ним от бессилия. Хозяин был явно доволен результатом эксперимента.

Шестеро человек подняло «заготовку» и положили его на операционный стол. Над ним работало теперь уже целых десять человек. Его привязали, расставили руки в стороны на маленькие столики. Тогда Тигрон взял кейсы и поставил их на эти же столы. Два хирурга резали скальпелем ткани, и продевали разрезы в странный механизм, похожий на прозрачные шпалы, чтобы они не срастались. Они доставали какие-то мышцы, которые были спрятаны глубоко среди других мускулов рук, но ни к чему не крепились, их было по три на каждой руке. То же они еще два врача  делали с ногами. А еще двое покрывали его зубы, чем-то на подобии лака Но в каждой средней такой мышце руки они нашли остатки некогда длинных штыков.. Когда с одной рукой все было готово, Тигрон открыл ближний кейс, и достал из паралоновой формы коготь. Но он был не прямой как нож, эти когти были изготовлены лично Тигроном. Их лезвия имели маленькие зазубрины, словно пила, и три больших – это оружие рвало ткани жертвы при каждом ударе, раны, нанесенные ими, были гораздо серьезнее, чем когтями-ножами. Тигрон вживлял их сам, сам соединял мышцы и сухожилия, как опытный хирург. Только пользовался он не скальпелем, а собственными когтями. Когда он взял последний коготь, один из хирургов ему помогавших имел неосторожность прошептать: «Когти из металла, по моему это уже где-то было.». На что Тигрон повернулся, держа между когтями лезвие, прислонил его к лицу хирурга и сказал: «Это не просто металл, это самый прочный металл на земле! Я еще, будучи в лагере изобрел его формулу, модифицировав формулу Адамантиума. Этот сплав на одну треть состоит из расплавленных под огромным давлением алмазов, и он в 30 раз прочнее старого! На создание одного грамма такого металла уходят миллионы евро! И ты сейчас на себе испытаешь, на сколько он прочен!» С этими словами он замахнулся когтем и одним ударом отсек хирургу голову. Все отпрянули. «Продолжайте работать, иначе я сделаю с вами то же самое!»-Приказал хозяин.

Когда операция закончилась, Гром отключился. А точнее кто-то будто выключил его, как когда  вынимают вилку из розетки. Очнулся он не один. Он стоял в строю, с другими, некоторых он видел раньше и знал, а некоторых видел в первый раз. Они все были одеты в одинаковую форму из черной кожи и частично тигриного меха. На них всех были полупрозрачные зеленые кибер-очки, которые проводами присоединялись к виску. У части из них были закрыты лица. Гром был не исключение. А лица некоторых просто смахивали на звериные морды. Возможно, все они стояли в этом строю тоже не по своей воле. Они стояли на крыше какого-то здания, была  глубокая ночь, и окна соседнего дома святились ярко, будто смеясь над всеми ними, как призраки недостижимой свободы. Тигрон проходил и осматривал строй. У Грома он остановился, притянул его к себе за армейский жетон и сказал, усмехнувшись «Слушай мою команду Белый Волк. Иди и убивай!» Гром пошел вперед, чувствуя странную неестественную ярость, все его мысли устремлялись теперь в одну точку, они были направлены на то, как лучше убивать. Он находил людей в команде и в одиночку по запаху, по звукам дыхания, и казалось, в нем не было чувств, но каждый раз, когда он вонзал свои когти в новую жертву в его глазах стояли слезы. Но это была только тренировка, хотя все и город и люди было настоящее. А вот главная миссия ждали их впереди…

Настроение: Написала то, что считала нужны

Новое! Новое! Новое!
Оружие Страны Советов.

1963 год.

На улице шел снег, и выла метель. Он уже собирался ложиться спать, лег поудобней в свой старый гамак, привешенный на стену, как в дверь постучали. Нехотя зевая и потягиваясь, он встал и направился к двери.

- Ну, кто там еще? В такой то час? Что не нашли другого времени для визита? – пробормотал он.

- Свои – отозвались грубые мужские голоса из-за двери.

Но он, как всегда, перед тем как открыть дверь, принюхался, и лицо его изменилось.

Он открыл дверь, в комнатушку военного общежития ввалились четверо в намокших от снега плащ-палатках.

- Боров! Какого черта ты сюда явился среди ночи? – прорычал он недовольно.

- Есть дело, Гром. – ответил один из военных.

- Ну валяй, и проваливай!

- Слышал про новое вражеское оружие?

- Про какое именно? Они там, в штатах их пачками штампуют.

- Про альтернативное оружие?

- А по-русски нельзя?

- Нам давно стало известно про то, что в штатах, а точнее в Канаде, недалеко от границы проводились испытания проекта по созданию живого супероружия под кодовым названием «Оружие Икс». В качестве подопытных кроликов используются мутанты…

- Можно подумать, у нас такого нет. Я по-вашему так – дырка от бублика…

- Я не окончил. Наши верхи требуют, чтобы мы показали Америке все чего мы стоим.

- То есть? А я та тут причем? Какого хрена ты сюда приперся Боров?

- Просто, единственный кто по всем показателям равен и даже превосходит «Оружие Икс» - это ты!

- Сколько раз вам объяснять, сколько раз объяснять начальству, Я НЕ ОРУЖИЕ! И никому ничего доказывать и показывать я НЕ СОБИРАЮСЬ!

- Значит, не поедешь?

- НЕ ПОЕДУ!

- Я так и думал. – сказал военный развернулся и пошел к двери.

А седовласый человек развернулся в другую сторону и пошел к гамаку. Военные остановились возле двери. Подполковник полез под плащ-палатку, а Гром тем временем уже собирался взгромоздиться в гамак, как Боров обернулся к нему лицом и сказал:

- Жаль, что этот ответ я не могу принять, не хочешь – заставим.

- Ах ты су… - только и успел прорычать Гром, как пуля, пущенная из револьвера подполковника, прострелила ему лоб.

- Вяжите его, он скоро очнется, вяжите крепко, и не забудьте про хлороформ!

- А хлороформ то зачем? – спросил один из солдат.

- Ты не знаешь, с кем имеешь дело, этот мутант никогда не был человеком он один так же опасен, как триста Эсесовцев вооруженных до зубов. Так что лучше перестраховаться.

Лежащего туго перевязали толстыми канатами, по рукам и ногам, на лицо надели платок, щедро политый хлороформом, и надели черный мишек на голову, для пущей безопасности.

Когда Гром начал приходить в себя, он почувствовал, что связан, и что его куда-то везут. Судя по всему, дорога была ухабистой, и машину потряхивало из стороны в сторону. Попытавшись прокусить мишек, он вдруг понял, что его челюсть крепко привязана к затылку. Ах, какая же предусмотрительная тварь, этот Боров!

Часа через два машина остановилась. Дверца открылась и в  глубокий белый чистый ступили вычищенные до блеска, кирзовые сапоги Борова.

По обе стороны дороги росла березовая роща. Прямо то нее вправо вела бетонная лестница, она выходила на крышу какого-то укрепления, вроде бункера, бетонные стены которого были похожи на большой шалаш метров 5 в высоту, и тянулись почти на километр вперед. Рядом, метрах в 20ти-30ти стояло второе такое же укрепление.

Боров посмотрел на часы и стал подниматься по лестнице. Он, быстрым Армейским шагом прошел до середины укрепления и остановился. В этом же месте, но на соседнем укреплении стоял другой человек в длинном кожаном пальто и Американской фуражке. Метель давно кончилась, и соседи могли хорошо разглядеть друг друга.

Американец был несколько моложе Борова и носил очки и хорошо выстриженную маленькую бородку. С виду он не уступал подполковнику в телосложении, и не выделялся ничем, кроме неопрятно торчащего из под фуражки рыжеватого клока волос.

Боров же наоборот носил только густые темные усы и стригся он всегда коротко, и хотя он тоже очень следил за своим внешним видом, за одеждой и формой, но на фоне Американца он все же померк.

- Давайте представимся, - начал Американец гордо – Страйкер, Уильям Страйкер. Подполковник ЦРУ.

- Боров Евгений Александрович. Подполковник КГБ. Здравствуйте коллега.

- Здравствуйте. Вы неплохо говорите по-английски для Русского.

- И не только по-английски, я знаю еще пять языков. Но, по-моему, вы приехали сюда не для того, чтобы выяснять чему нас учат в школе, а чему нет? Не так ли?

- Да, вы правы.

- Где же ваше хваленое супероружие?

- Всему свое время, мистер Боров. Покажите мне ваш нож, и я покажу вам свой.

- Хорошо. -  Боров обернулся, махнул рукой и прокричал солдатам: - Давайте, выводите его!

Два молодых солдата открыли дверцы кузова, вытащили пленника и повели его по руки под стенами бункера, под то место где сверху стоял Боров.

- Ха,- засмеялся Страйкер – И ЭТО ваше оружие? Мое даже стальные цепи не удержат! А это, кого вы привили сюда Боров?

- Поверьте мне, господин Страйкер, если бы он хотел он уже давно бы был свободен, а мы все бы тут мертвые лежали.

Тут само «оружие» подало голос:

- Ахр ты…- Прошипел Гром сквозь завязанные челюсти. Хресь! – лопнула веревка! Солдаты рванули прочь – Аррррррр!!! Боров!!! ТЫ У МЕНЯ ЗА ВСЕ ОТВЕТИШЬ! – он стряхнул мишек с головы, за раз два перекусил все веревки. – Я счас из тебя не котлету, я фарш из тебя сделаю! Боров, ты свинья в погонах!!! – Гром стоял спиной к Страйкеру.

- Что ж неплохо, неплохо, но вряд ли его это спасет. Мне кажется он разозлился. – ехидно сказал Страйкер.

- Оооо…Он сейчас не зол, это так, для запугивания и затравки, когда он в ярости, мало что остается от его противника. Слышал ваш подопечный просто зверь…

- Таких как он нужно вечно держать на цепи, это существо может только убивать. Кровожаднее зверя, чем Логан не найти…

Знакомое имя, прозвучавшее из уст Американца, заставило Грома обернуться в его сторону. Как только тот в свою очередь посмотрел на Грома, то застыл в ошарашенном оцепенении. Он потер пальцем подбородок, задумчиво нахмурился и прошептал себе под нос: «И где же вы Русские такого нашли».

- Можно полюбопытствовать, откуда у вас такой интересный экземпляр?

- Он у нас уже давно, к тому же он здесь родился.

- Странные совпадения, не перестаю удивляться тому, как же тесен этот мир.

- Возможно для вас с нами сейчас да. Вы обещали показать свое «Оружие». Так извольте начинать!

Гром снял гимнастерку и остался в старой черной майке, на спине из-под которой торчали белые клоки шерсти, что росли у него на хребте. Он зашвырнул гимнастерку на высокую ветку березы. А Страйкер глядя на странное поведение седовласого хлопнул дважды в ладоши и крикнул «Открывай!». Гром уже прицеливавшийся, как лучше напасть на Борова, услышал стальной скрип и срежет. Повернувшись к Американцу, он увидел, как под ним, в бетонном бункере медленно раскрываются толстенные железные двери. Но он не обратил на это своего внимания и фыркнул, глядя на стоящего наверху КГБшника. Из открывшихся дверей до Грома донесся басовый гортанный рык. Он снова обернулся, втянув ноздрями воздух, он заметил, как во тьме бункера белым светились чьи-то глаза. Запах из бункера показался ему до боли знакомым, но он не поверил своему носу, тихо прошептав: «Нет…не может быть…» Он притих, все его мускулы, его разум и сердце в тот момент будто окаменели, он не мог шелохнуться в этом ожидании. Что сейчас будет? Обманывает ли его собственное чутье или он просто свихнулся? Секунды тогда текли медленно, словно целая вечность. Но ведь он знает, что будет дальше, ведь чутье его никогда не обманывало, почему он обманывает себя в эту минуту? Почему он не хочет признаться себе в том, что здесь происходит? Почему он так тупо уперся в собственную лож, хотя на самом деле знает правду? Он стоял в полной растерянности, ожидая худшего.

Настроение: не смешной, но про жизнь

Страйкер тем временем еще раз посмотрел на «вражеское оружие и сказал:

- Мне кажется, он уже испугался?

- Хмм… Нет он просто приготовился к атаке.

- Ну-ну…эй там! Снимите с оружия кандалы! Что ж начнем экзекуцию…

Гром все стоял, ожидая своей участи, спиной к железным дверям. Вскоре он услышал, как на бетонный пол брякнулось что-то большое металлическое и тяжелое. Он молился всем своим известным богам, молился про себя молча, чтобы тот кто сейчас с рыком так легко пробирается по глубокому снегу и бежит ему на встречу, не оказался им, тем кого он защищал и любил…Его младшим братом, с которым они вместе служили, с которым столько всего прожили…Шаги оборвались, и со спины Грома осыпало колючим снегом, и тут он понял, что потерял надежду. Позади него наполовину в снегу, в одних плавках стоял его младший брат – Логан! Из его рук торчали большие сверкающие металлические когти, лицо, больше походило на звериную оскаленную морду, волосы торчали дыбом. Перед ним стоял уже не человек, и даже не мутант – то был зверь – РОСОМАХА!

Росомаха взревел, и стал наносить удары своему старшему брату. Тот ловко уворачивался, и до сих пор не мог поверить, что это существо, стремящееся разорвать его на части, его собственный брат! Логан все наступал, а гром пятился назад, и кричал ему: «Логан, Логан, это я Гром твой брат, ты что забыл?» На это Логан отвечал лишь рыком. «Ты что не помнишь, как мы вместе с Капитаном Америкой на Второй Мировой воевали? А во Вьетнаме? Что? Что они с тобой сделали? Очнись это же я! Вспомни меня!...»

Гром не успел увернуться, и брат ранил его в плече, разрезав лямку от майки. Белобрысого прижало к березе, а брат прыгнул на него выставив когтистые кулаки вперед. Но тот не растерялся и схватил его за запястье. Гром попытался применить свое секретное оружие «Волчий Взгляд». Но когда он посмотрел брату в глаза, он с ужасом понял, что оно бесполезно, потому что в глазах брата не было ничего, ни взгляда, ни чувств, ни души, ни воспоминаний, и даже радужки и зрачков тоже не было, а были только пустые бельма, оболочка, и больше ничего. Тогда он отпустил кулаки и мольным прыжком вспрыгнул на высокую ветку березы.

- И это все на что он способен, почему он отступает!

- Хмм…Это отвлекающий маневр.

- Перед яростью и неудержимой жаждой крови Росомахи ничто и никто не устоит.

- Вы не знаете Белого Волка так хорошо, как знаю его я, мистер Страйкер. Он опасен не потому что действует сметая все на своем пути как безумная бешеная тварь, наоборот он очень умен и хитер, как настоящий волк, именно этим он и опасен. Его очень трудно разозлить, он очень хорошо контролирует себя и свой гнев, но у него как и у всех есть слабые места. В гневе он страшен, и опасен не только для «обидчика» но и для окружающих тоже, при всем этом он все очень хорошо понимает и не перестает контролировать свои действия но….он просто не может остановиться…Стоит только найти это слабое место – «выключатель»…

Росомаха одним ударом свалил березу, на которой сидел брат. Тот перепрыгнул на другую, и все снова повторилось. И снова и снова. Пока Грома в прыжке не ударило деревом и не вдавило в снег. Он упал и очутился прямо у ног брата, но быстро вскочил. Ему снова пришлось уворачиваться, и отвечать на удары. На фоне Грома жесткие удары Росомахи казались не выверенными и даже неуклюжими. Но вскоре он поменял тактику, и стал бить более точно, прижимая седовласого к очередной березе. В ногу, в бок, в живот, и в грудь…Росомаха повалил брата, который уже наверно разобрался в происходящем, но продолжал пятиться и твердить: «Я не хочу с тобой драться, ты мне не враг!» Логан вновь прижал брата к березе, и со злобной ухмылкой ударил его когтями в живот, пропоров насквозь. У грома изо рта брызнула кровь, ему было чертовски больно, но он терпел. Тогда зверь вытащил когти, и как следует, размахнувшись, полоснул ему по груди и попал по лицу как раз с той стороны, где был шрам. Это была последняя капля…Гром замолчал. Три кровавых полосы, исковеркавшие его шрам, мгновенно затянулись, но выражение его лица изменилось – глаза загорелись холодной неистовой яростью, зрачки сузились словно нить, острые уши опустились, и волосы встали дыбом. Из рук выступили два огромных штыка, и во тру, не понятно откуда  выросли огромные, почти до конца подбородка клыки. Мощными ударами он оттолкнул Логана, и, взвыв по-волчьи, понесся на врага.

- Хмм…

- И мне кажется, Росомаха нашел его «выключатель»…Кстати, вы когда-нибудь видели, как убивают волки?

- Нет.

- Сейчас увидите.

Логан Был отбит далеко к соседней березе ударом ногами в живот. Белый Волк зарычал, и побежал навстречу сопернику, тот тоже быстро поднялся и побежал навстречу Грому. Когда друг от друга их отделяло метров пять, оба прыгнули. Росомаха вонзил свои когти в живот Грому. Тот упал на колени и опустил голову. Страйкер довольно улыбнулся. Но не тут то было! Седовласый встал, схватив соперника за запястья. С силой он всадил в живот когти Логана, а на его лице была злобная клыкастая улыбка. Теперь был его черед…Белый Волк вонзил свои когти промеж ребер врага. Росомаха свалился в снег и отпрянул.

- Что?! Как это может быть?!     

- И это все на что способно ваше хваленое оружие?! Ну-ну…

Росомаха поднялся, и попытался ударить в грудь, но Белый Волк увернулся, зато Росомаха отсек сопернику часть штыков. Тогда Гром убрал «когти» и понесся на врага, сбив его с ног, ловко уворачиваясь от ударов он двигался к намеченной цели. Когти Логана часто свистели у него над головой. Сначала его клыки вонзились в руку врага, перекусив все сухожилия, то же он сделал и со второй рукой, обезоружив противника. Эти укусы били настолько выверенными точными и болезненными что не сразу начали медленно затягиваться. Гром брал реванш. Встав босыми ногами на грудь Росомахи, руками снова схватил его за запястья. Логану уже некуда было деваться, он был обезоружен, и обездвижен. Но главное Оружие Грома все еще оставалось при нем. И как Волк он снова взвыл и вгрызся в горло жертвы. Потом начал выдирать куски плоти из жертвы, но ему казалось этого мало.

- Что он делает! Это невозможно!

- Все возможно, он не успокоиться пока не раздерет его на куски, или не доберется до сердца.

А Волку надоело «кусочничать», тогда он наконец отпустил запястья полумертвого Росомахи. Но на этом не остановился. На его пальцах появились маленькие, но очень острые когти, которые тут же вонзились в живот Логану, и дальше рука его полезла внутрь под ребра. Когда его рука прошерстила во внутренностях Логана, он, наконец, вытащил ее. Но тут же его внимание переключилось на стоящего наверху, метров за десять, Страйкера. Гром протяжно взвыл, и взвился. Один прыжок и он уже летел на подполковника с окровавленными клыками. Но выстрел в затылок остановил его в полете. И он упал рисуя на бетонной стене кровью латинскую «С».

В руках у Борова дымилась двустволка.

- Вы обязаны мне жизнью мистер Страйкер.

Через пару минут Гром начал приходить в себя. Его руки буквально были по локоть в крови, а белые бакенбарды превратились в алые.

- Боже, что я наделал…- прохрипел он давясь кровью. – Где мой брат?

- Кто? – недоуменно спросил Боров.

- Неважно, где «Оружие Икс»? Что я с ним сделал? – схватив Борова за воротник, прорычал Гром.

- То, что и положено – отправил в утиль.       

За их спинами послышалось отдаленное «Свип-свип-свип-свип» - это был вертолет, который собирался взлетать. Белый Волк отпустил подполковника и одним прыжком перемахнул через укрепление. Он очутился перед заснеженной поляной, на которой стояло два военных вертолета – грузовой, и транспортный, они были уже готовы к взлету. Последним вскочил в транспортный вертолет Страйкер. Обе машины резко начали набирать высоту. Гром влез на ближайшую березу, и прыгнул в вертолет. Немного недотянув, он схватился за шасси, потом прыгнул в люк, но не удержался и повис, цепляясь за порог на высоте 50 метров. Он попытался вползти внутрь и заорал: «Где мой Брат, ты тварь Американская! Вы без меня никуда не улетите!!!», на что ЦРУшник ответил приказом солдатам: «Чего вы все ждете! Стреляйте в него!! Сбейте его, пока не поздно!!!» Из открытого люка на Грома обрушился град пуль, и он сорвался и упал в глубокий снег.

Очнулся Седовласый уже дома в своем гамаке. У стола сидел все тот же Боров, и пил водку из граненого стакана, закусывая мякишем черного хлеба.

- Ну что? Очухался? – хлюпнув носом сказал подполковник.

- Ах ты сволочуга! Да я тебя сейчас!... – Гром спрыгнул с гамака и схватил Борова за шею – Ты заплатишь за то, что натравил меня на брата! – процедил он сквозь зубы.

- Ты меня не убьешь.

- Это еще почему. Такую сволочь как ты? Не думаю что найдется кто-то кто будет по тебе плакать.

- Ты прекрасно знаешь, что я ни на кого тебя не натравливал. Я как и ты – человек подневольный. На наших плечах погоны, а за ними еще с полсотни человек, у которых больше звезд. Только и всего. Это ты можешь не исполнять приказы, тебе ничего не будет. А я… я жить хочу Гром…

- Нррр…- Гром отпустил Борова и отвернулся. Один бог знает что тогда творилось у него в душе. – Кто издал этот приказ?

- Этот приказ поступил сверху…

- Совсем сверху?

- Совсем. Они нашли меня, и сказали, чтобы я этим занялся. Я не мог отказаться. Возможно, ты и можешь убить одного, совершенно конкретного человека, но не государство. Пойми ты, война идет, это только на первый взгляд, мы прошли до Берлина и все. Теперь у нас новый враг, сильный враг, которого не заставляли в Войну есть собственные подметки с голодухи. Враг, которого ни разу не повергали на колени. Мир обманчив, на самом деле идет война и только, кажется, что военные действия ограничиваются идеологией и парадами, на самом деле это вовсе не «Холодная» война. Ежегодно гибнут тысячи, а может и десятки тысяч людей, и это никому не известно. Никому кроме папок в архивах КГБ. Эта война идет не между людьми, а между целыми государствами, поэтому мы пока не в силах ее остановить. Мы люди, которые уходили в 41ом служить Родине, освобождать ее, и ее людей, но мы никак не думали, что из защитников, мы превратимся в инструмент государственной власти. Кто же знал? Каждый год они изобретают все более смертоносное оружие, и мы должны им отвечать, иначе снова встанем на колени. Мы не за то боролись, отбивая атаки немцев под Сталинградом. Эта война подмяла под себя всех нас, и тебя тоже. Что до твоего брата, война окончательно свела его с ума и превратила в зверя без рассудка и чувств, но ты сумел сохранить это, не смотря на то, что государство сделало из тебя оружие. Это не твоя вина, и не моя…этот ничья вина…прости меня.

Он надел фуражку и плащ-палатку встал с табуретки и добавил:

- У каждого из нас есть слабые места, удар в которые может сделать даже из самого спокойного и сдержанного человека зверя. И не дай бог увидеть тот момент, когда зверь выходит из клетки… Ты ничего не слышал ладно?

- Хорошо. 

Входная дверь захлопнулась. Гром подошел к окну. О чем он думал? Обо всем что случилось. О брате, о Женьке Борове, о нашей стране, об оружие и войне. Мысли в его голове путались и расплывались. В груди что-то сильно сдавило и не отпускало. Он обернулся, оглянулся на свою маленькую грязную комнатушку в общежитии и увидел бутылку водки на столе. Сел в гамак, вытащил из-за пазухи свой боевой нож, провел пальцами по лезвию, и увидел в нем свое отражение. «Оружие? Оружие…» - прошептал он. Потом не выдержал и заорал: «РАААААААААРРРР!!!» Метнув нож, он разбил бутылку, которая с грохотом упала на пол. Он повалился в гамак, и вцепился зубами в подушку. В горле застрял соленый ком и душу, будто рвало на части. С ним не было такого с конца Войны. И что он такого сделал этому миру, за что тот мог его так ненавидеть? Рыданий фронтового офицера все равно никто не слышал, или не хотел слышать рыдания Белого Волка. А за окном выла метель, и шел мелкий колючий снег.

                                                                                     На дворе был 1963 год.

^{(с) Wolfess 2006}

Настроение: Грустно иногда бывает...

Настроение: worried